Официальная и неофициальная стороны визита митрополита Николая (Ярушевича) в Болгарию (1952 г.)

BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
февруари 2021
П В С Ч П С Н
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728

Официальная и неофициальная стороны визита митрополита Николая (Ярушевича) в Болгарию (1952 г.)

Движение в защиту мира стало важным идеологическим направлением во внешней политике Советского Союза в 1950-е годы XX века. Для его продвижения зарубежом советская власть использовала Русскую Православную Церковь. Именно для этой цели был организован визит митрополита Николая (Ярушевича) в Болгарию в 1952 году. О той роли, которую сыграла эта поездка в восстановлении патриаршества в Болгарской Православной Церкви, подробно пишет Илья Меняйлов.

К началу 50-х годов XX века в результате холодной войны международная обстановка в Европе резко ухудшилась. Кроме того усилилась конфронтация между мировыми державами – СССР и США. По мнению историка О.Ю. Васильевой, одним из главных факторов противостояния являлась «ядерная монополия США»[1]. Для Советского Союза такая международная ситуация была несвоевременна и опасна, так как СССР значительно пострадал от Второй мировой войны. В сложившейся напряженной атмосфере Советское государство активизировало усилия по созданию и развитию международного движения за мир. Как отмечает исследователь С. В. Болотов, «оно [движение] могло помочь выиграть время для того, чтобы компенсировать отставание СССР по военному и экономическому потенциалу от стран Запада»[2].

Идея движения за мир стала приоритетным идеологическим направлением во внешней политике Советского Союза, поэтому для его пропаганды за рубежом государственная власть стала активно привлекать Русскую Православную Церковь. Историк Т.В. Волокитина замечает, что обращение к авторитетному голосу Церкви обусловлено тем, что «миролюбие и соответствующая ему политика изначально заложены в самом существе церкви, тогда как у государства они могли быть преходящим этапом»[3].

Официальным представителем и участником на основных форумах и конференциях в защиту мира от Русской Православной Церкви был митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич) – один из самых влиятельных архиереев в Русской Церкви и за рубежом. С 1946 года он являлся первым председателем Отдела внешних церковных сношений. Его дипломатические способности, известные православному миру, раскрывались также в диалоге с инославными конфессиями, с которыми он выстраивал дружественные отношения в условиях антирелигиозной политики Советской власти.

Митрополит Николай стоял у истоков международного движения за мир, когда в 1949 году в составе советской делегации участвовал в работе Первого всемирного конгресса сторонников мира в Париже, а в 1950 году вошел в состав Всемирного Совета Мира (ВСМ). Он многократно выступал от лица Русской Православной Церкви на конгрессах и сессиях ВСМ.

9 сентября 1944 года в Болгарии пришла к власти антифашистская партия Отечественный фронт (ОФ), которая заключила перемирие с Советским Союзом и включилась в войну против Германии. В результате этих событий отношения между Церковью и государством стали выстраиваться по-новому.

На этом этапе на развитие церковно-государственных отношений повлияло, с одной стороны, стремление правительства ОФ укрепить свое положение в обществе при поддержке Болгарской Православной Церкви, с другой – желание Церкви решить вопрос с избранием экзарха и преодолении прещения, наложенного в 1872 году Константинопольским Патриархом. Поэтому «и БПЦ, и правительство ОФ были заинтересованы в сотрудничестве, которое должно было быть продуктивным для обеих сторон»[4]. К сожалению, церковно-государственные отношения в Болгарии не были устойчивыми и зависели от того, насколько государство нуждалось в поддержке со стороны Церкви.

В начале 1950-х годов болгарские власти в очередной раз усилили давление на Церковь, которое выражалось как в секуляризации церковного имущества, так и в ущемлении социальной, миссионерской, просветительской деятельности Церкви.

Государственно-церковные отношения с Болгарской Православной Церковью власти старались выстроить по образцу отношений Советской власти с Русской Православной Церковью.

Позиция Русской Православной Церкви в движении за мир во всем мире была поддержана и некоторыми Православными Церквями в странах Восточной Европы. В частности, Болгарская Православная Церковь также стала активно принимать участие во всех международных съездах и конгрессах. Так, например, в июле 1950 года делегации Русской и Болгарской Православных Церквей участвовали в конференции христианских церквей стран народной демократии в защиту мира, проходившей в Чехословакии в курортном городке Лугачовицы. Следует отметить, что участие в движении за мир давало возможность Русской и другим Православным Церквям укреплять свое положение в коммунистическом государстве, а также упрочивать внешние связи как между собой, так и с другими конфессиями.

Во внутренней жизни Болгарской Церкви в начале 1950-х годов возникли некоторые проблемы, проистекавшие из серьезных разногласий среди постоянных членов Синода и усиления влияния оппозиционно настроенного к Синоду Священнического союза.

Священнический союз был создан в 1903 году «как профессиональная, культурно-просветительная и благотворительная организация духовенства»[5]. Затем его деятельность была прервана, но благодаря правительству Отечественного фронта возобновлена в октябре 1944 года.

Болгарский Священнический союз имел сходство с движением обновленцев в 1920–1930-х в России. Например, историк Ф.В.Суханов пишет о позиции Союза по некоторым вопросам: «По вопросу второбрачия вдовствующих священников Союз заявлял, что если Св. Синод не даст своего согласия, то этот брак будет регистрироваться не церковью, а государством»[6].

В рассматриваемый период эта организация в руках правительства стала инструментом для воздействия на Болгарскую Православную Церковь. Своей конечной целью Священнический союз видел ее реформирование и обновление. Священнический союз объединял около 2500 священников. Архивные документы свидетельствуют о том, что сотрудники Совета по делам Русской Православной Церкви отмечали, что члены Союза готовы были «защищать свои профессиональные интересы перед гражданскими и церковными властями»[7].

Приведем краткую историческую справку о причинах возникновения положения, сложившегося в Болгарской Православной Церкви к концу 1940-х годов. В 1393 году с падением Второго болгарского царства был отправлен в заточение последний Болгарский Патриарх Евфимий. В результате этого Болгарская Православная Церковь во второй раз лишилась автокефалии и была подчинена юрисдикции Константинопольского Патриарха в качестве митрополии. В таком положении она просуществовала до 1871 года, когда на Первом Болгарском Церковно-народном соборе ей был присвоен статус экзархата. Но уже в 1872 году Константинопольский Патриарх Анфим VI за самовольный выход из под юрисдикции Вселенского Патриархата наложил на Болгарскую Церковь схизму, прервав с ней евхаристическое общение.

Внутрицерковная ситуация еще более осложнилась в 1915 году после смерти болгарского экзарха Иосифа. На протяжении 30 лет болгарское правительство препятствовало избранию нового экзарха, и Церковью управлял митрополит в должности Наместника-председателя Священного Синода.

21 января 1945 года был избран новый болгарский экзарх – митрополит Софийский Стефан (Шоков), а 22 февраля 1945 года был издан томос, который свидетельствовал о ликвидации схизмы между Константинопольской и Болгарской Церквями.

Осенью 1948 года, в результате конфликта между председателем Синода митрополитом Стефаном (Шоковым) и некоторыми постоянными членами Синода, глава Болгарской Церкви был смещен с должности и отправлен на покой. В январе 1949 года на должность нового Наместника-председателя Синода был избран митрополит Врачанский Паисий (Анков). Вступив в должность, он стал отстаивать суверенитет внутренней жизни Церкви и подверг резкой критике государственные структуры. В результате обострившихся церковно-государственных отношений и под давлением руководителя Дирекции вероисповеданий Павла Тагарова митрополит Паисий был смещен.

3 января 1951 года новым Наместником-председателем Синода был избран митрополит Пловдивский Кирилл (Костов). Будучи убежденным сторонником восстановления патриаршества, после избрания митрополит Кирилл стал прилагать усилия для достижения этой цели и для того, чтобы стать патриархом Болгарской Православной Церкви. Для этого ему было необходимо преодолеть сопротивление болгарских властей, Священнического союза и отсутствие единомыслия в Синоде.

Прежде всего, митрополит Кирилл решил обратиться за помощью к Русской Православной Церкви, которая, по его мнению, могла бы способствовать урегулированию как внутрицерковной жизни, так и церковно-государственных отношений в Болгарии. Он вступил в переписку с Патриархом Московским и всея Руси Алексием I и митрополитом Крутицким и Коломенским Николаем по поводу приглашения последнего посетить Болгарию. Митрополит Кирилл уверял Патриарха в том, что визит председателя Отдела внешних церковных сношений поспособствует увеличению вклада Болгарской Церкви в дело мира. Приглашение было принято.

В процессе подготовки визита митрополита Николая в Болгарию Совет по делам Русской Православной Церкви изучил внутрицерковную обстановку в Болгарской Православной Церкви, на основании чего были выработаны четкие цели и задачи этой поездки. Т. В. Волокитина отмечает, что «официальная сторона его визита заключалась в выступлениях с докладами о положении Русской православной церкви в СССР и в защиту мира»[8]. Историк М. В. Шкаровский указывает, что митрополит был приглашен в Болгарию «в связи с присуждением ему ученой степени доктора богословских наук Софийской Духовной Академией»[9].

Материалы из болгарских и российских архивов свидетельствуют, что визит митрополита Николая в Болгарию был обусловлен несколькими причинами, которые можно разделить на «официальные» и «неофициальные». Официальная сторона визита была подробно описана Т.В. Волокитиной и М.В. Шкаровским. Сосредоточим внимание на неофициальной стороне.

Сотрудники Совета по делам Русской Православной Церкви понимали, что приглашение председателя Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата в Болгарию было необходимо митрополиту Кириллу исходя из политических соображений. Прежде всего, он нуждался в поддержке Русской Православной Церкви в сфере урегулирования церковно-государственных отношений. Но гораздо более важной для митрополита Кирилла была необходимость повышения своего авторитета среди болгарских архиереев в связи с предстоящими выборами Патриарха. Поэтому заместитель председателя Совета по делам Русской Православной Церкви В.С. Карпович выражал свои опасения председателю Совета Г.Г. Карпову, что во время визита митрополит Николай может способствовать ухудшению отношений между Синодом и Священническим союзом своим отрицательным отношением к последнему.

В.С. Карпович опасался, что приезд митрополита «усилит позиции епископата в борьбе против Союза священников, который является не плохим средством воздействия на епископат Болгарской церкви»[10]. Информируя Г.Г.Карпова об этом, он также замечал, что «в настоящее время взаимоотношения синода и Священнического союза нормализуются»[11]. Такая осторожность Совета была обусловлена тем, что, по мнению его сотрудников, в епископате и церковных кругах Болгарской Церкви «еще много врагов нынешнего правительства Болгарии и Советского Союза»[12].

Власти старались использовать авторитет митрополита Николая в качестве инструмента по внедрению советской политики в страны Восточной Европы. Поэтому тексты предстоящих выступлений митрополита Николая в Болгарии подготавливались заранее и проверялись в Совете по делам Русской Православной Церкви. Главной задачей визита митрополита, по мнению В.С. Карповича, должны были стать обращения «к народам Балкан и в том числе Греции и Югославии с призывом борьбы за мир и дружбы между народами предотвратить междоусобное кровопролитие и превращение Балканского полуострова в плацдарм войны»[13].

Таким образом, предстоящий визит митрополита Николая имел важное значение не только для Русской Православной Церкви, но и для государства.

Пребывание митрополита Николая в Болгарии было запланировано на семь дней. 30 мая 1952 года высокий гость вместе с настоятелем Болгарского подворья в Москве архимандритом Максимом (Минковым) прибыли в Софию.

31 мая состоялась встреча митрополита Николая с заместителем Совета министров Болгарии Карло Лукановым и председателем Национального комитета защиты мира Георгием Наджаковым. На встрече также присутствовали митрополит Кирилл, являвшийся заместителем председателя Национального комитета защиты мира, и Павел Тагаров. Георгий Наджаков приветствовал гостя теплой речью.

В этот же день в Софийской духовной академии состоялось торжественное собрание, на котором митрополит Николай был удостоен степени почетного доктора богословия. Он выступил с приветственным словом, а также прочитал доклад на тему «Русская Православная Церковь в Советском союзе»[14].

Вечером в кинотеатре «Республика» Национальным комитетом в защиту мира было организовано торжественное мероприятие, на котором митрополит Николай выступил с докладом на тему «Защита мира и ее задачи». На этом собрании был принят ряд резолюций, «направленных в адрес ООН, Совета Безопасности и Французского Правительства»[15].

3 июня 1952 года митрополит Николай прибыл в Пловдив для участия в конференции в защиту мира, где выступил с докладом «Борьба за мир и участие в ней верующих всех религий». На конференции была принята резолюция в адрес ООН, Совета Безопасности и Всемирного Совета Мира.

4 июня 1952 года делегация посетила храм-памятник Рождества Христова на Шипке, являющийся одной из самых известных достопримечательностей Болгарии. Храм был воздвигнут в ознаменование победы в Русско-турецкой войне и в память о воинах, погибших в судьбоносных для Болгарии сражениях.

5 июня в честь митрополита Николая был устроен торжественный прием от имени Правительства Болгарии. На нем присутствовали все архиереи Болгарской Православной Церкви, настоятели подворий в Москве и Софии, представители Православных Поместных Церквей и инославных конфессий. Со стороны светских властей присутствовали заместитель председателя Совета министров Болгарии Карло Луканов, руководители различных министерств и ведомств, а также посол СССР в Болгарии Михаил Бодров. За столом были произнесены приветственные речи в адрес митрополита Николая, как представителя Патриарха Московского, И.В. Сталина, Вылко Червенкова и Правительства Болгарии.

Во время посещения митрополитом Николаем Софийской академии и митрополии его приветствовали все викарные архиереи и члены Священнического союза во главе с его новым председателем священником Иоанном (Юлиевым). Последний выступил с речью, обозначавшей позицию Союза священников по отношению к Русской Православной Церкви. Он отметил, что «наше священство смотрит на Русскую Православную Церковь, как на Церковь, в которой сохранились в наибольшей чистоте церковные предания, догматы и каноны Православия. Это достаточно объясняет интересы у нас к ней»[16].

Для Союза священников было важно получить поддержку со стороны Русской Церкви, во-первых, для укрепления своих позиций во взаимодействии с государством, во-вторых, иметь возможность вести диалог с митрополитами на одном уровне. Важно отметить, что в разговоре с Павлом Тагаровым о положении Болгарской Православной Церкви митрополит Николай затронул вопрос о Союзе священников. Он выразил мнение, что при правильном руководстве Союз может быть полезен Церкви в борьбе за мир. Также митрополит посоветовал провести реформы в редакции газеты Священнического союза «Народный пастырь». Он предложил подбирать материалы для публикаций коллегиально, согласованно с руководством Болгарской Церкви, чтобы не публиковались “выпады против генеральной линии Синода (о переходе на новый стиль и т. п.)”[17]. В беседе Павел Тагаров заявил о том, что “с избранием патриарха поставит вопрос о ликвидации Священнического Союза”»[18]. Таким образом, митрополит Николай все же способствовал ослаблению влияния на Болгарскую Церковь этого органа.

Следует заметить, что несколько позже, 25 июля 1952 года, решением Политбюро ЦК Болгарской коммунистической партии священникам было запрещено членство в партии. «Первичные партийные организации отбирали у них партбилеты и вычеркивали из партийных списков», – пишет Т. В. Волокитина[19]. А 8 июля 1955 года Синод Болгарской Православной Церкви принял решение распустить Священнический союз. Вместо него был создан отдел социально-культурного попечения, лишенный практически всех политических функций. Отдел принял в свое ведение заботы о приходском духовенстве.

6 июня1952 годамитрополит Николай вылетел в Москву.

По результатам этого визита Павел Тагаров направил отчет председателю Совета министров Вылко Червенкову о пребывании митрополита Николая в Болгарии. Он подробно информировал о встречах митрополита, а также о конфиденциальном разговоре с ним: «Во время нашей поездки у меня была возможность поговорить с митрополитом Николаем относительно наших митрополитов, а также говорили и о некоторых церковных проблемах»[20].

Павел Тагаров в своем отчете сообщал, что рассказал митрополиту Николаю об оппозиционном настроении Врачанского митрополита Паисия (Анкова). По словам Тагарова, последний позиционировал себя как русофил и славянофил и заявлял, что не следует торопиться с созывом церковного собора и избранием патриарха, пока не будет достигнуто полное единомыслие в Синоде. (По словам самого митрополита Николая, митрополит Паисий был против выборов в патриархи митрополита Кирилла по той причине, что «выборы несвободные»[21].)

Павел Тагаров сообщал, что митрополит Николай также беседовал с митрополитами Ловчанским Филаретом (Атанасовым), Сливенским Никодимом (Пиперовым) и Старозагорским Климентом (Киновым). Первые два одобряли избрание Патриарха, хотя Филарет «раньше колебался в отношении кандидатуры Кирилла на пост патриарха»[22]. Но сейчас они заявили, что пришло время, чтобы восстановить патриаршество в Болгарской Церкви, а также подчеркнули, что Синод видит в качестве кандидата в патриархи только митрополита Кирилла. Митрополит Климент высказался не совсем определенно по этому вопросу, однако также считал, что подходящей кандидатуры на этот пост, кроме митрополита Кирилла, нет.

В одном из архивных документов сохранились сведения о разговоремитрополита Николая и митрополита Климента, в котором последний отмечал, что «некоторые митрополиты, в том числе и он сам, относились с предубеждением к тому контакту, который устанавливался митрополитом Кириллом с правительством через П. Тагарова, они считали, что он может повести к вмешательству государства в дела церкви, а поэтому так и относились отрицательно к кандидатуре митрополита Кирилла»[23]. Однако встречи и беседы с митрополитом Николаем кардинально изменили взгляды архиереев. Поэтому в разговоре с митрополитом Николаем митрополит Кирилл отмечал, что русский иерарх «содействовал движению за мир и сгладил оппозицию к нему»[24].

П. Тагаров сообщал, что после разговора с болгарскими архиереями митрополит Николай сказал: «Русской Православной Церкви будет большая польза, если Вашу церковь возглавит патриарх. Это будет способствовать нашей межцерковной деятельности», а также отметил положительные качества митрополита Кирилла и сообщил о большом доверии к нему Патриарха Алексия I[25].

Однако в своем докладе в Совет по делам Русской Православной Церкви о поездке в Болгарию митрополит Николай дал следующую оценку кандидатуры митрополита Кирилла: «Кандидатура эта не совсем совершенная, но на сегодняшний день наиболее подходящая и будет поддерживаться и правительством, и церковниками»[26].

Таким образом, на основании архивных документов можно сделать вывод, что основной (неофициальной) причиной визита митрополита Николая в Болгарию была поддержка кандидатуры Кирилла в предстоящих выборах патриарха.

Также Павел Тагаров сообщал, что митрополит Николай затронул тему выборов архиерея на Неврокопскую кафедру. Неврокопский преосвященный занимает место постоянного члена Синода, поэтому, по мнению митрополита Николая, «работа в связи с выборами и будущей деятельностью Церкви будет значительно облегчена, если быстро изберут Неврокопским митрополитом лицо, которое четко будет ориентировано на Кирилла»[27].

В отчете П. Тагарова сообщалось, что в личной беседе митрополит Николай затронул вопрос и о внешнецерковной и межконфессиональной деятельности Болгарской Церкви, подчеркнув, что в данный момент наиболее важной задачей является борьба за сохранение мира, и от Дирекции вероисповеданий требуется активное участие в ней. По мнению митрополита, необходимо провести в нескольких странах национальные межконфессиональные конференции, наподобие проведенной в мае 1952 года в СССР. Он отметил, что созыв такой конференции будет очень своевременным, так как это способствует организации подобных конференций в других городах и в итоге – всемирной конференции. Включение в борьбу за мир Католической Церкви, по мнению митрополита Николая, будет иметь большой резонанс на Западе, в частности, в тех странах народной демократии, где католицизм очень силен.

Особо следует отметить, что до визита митрополита Николая в Болгарию взаимоотношения государства и некоторых религиозных конфессий в стране были напряженными. Например, болгарские католики находились в оппозиции к движению за мир. Но после выступлений митрополита Николая на конференциях в защиту мира, по словам П. Тагарова, «лед растаял»[28]. Более того, на прощальном приеме в честь отъезда русского гостя присутствовал католический епископ Евгений Босилков, который выступил с речью в защиту мира.

Т.В. Волокитина указывает, что для Советского государства большое значение имело участие представителей других религий и конфессий в движении за мир. По ее мнению, участие в конференциях за мир католического и протестантского духовенства давало возможность оказывать влияние на них в антиватиканском духе. «Делая ставку на контакты с «прогрессивными кругами» католиков и протестантов, Москва фактически рассчитывала содействовать расколу этих конфессий, используя для этого благородные лозунги борьбы за мир», – отмечает исследователь[29].

На основании отчета Павла Тагарова Дирекция вероисповеданий выработала программу развития церковно-государственных отношений в Болгарии. Были сформулированы задачи, которые Церкви и Дирекции вероисповеданий следовало осуществить в кратчайшие сроки.

Во-первых, было необходимо выбрать Неврокопского митрополита. Еще в 1949 году Синод Болгарской Православной Церкви принял решение провести выборы, но из-за противодействия властей они не состоялись. В результате беседы П. Тагаровас митрополитом Николаем, Дирекция вероисповеданий дала согласие на выборы нового митрополита. Для митрополита Кирилла это было весьма своевременно, так как введение Неврокопского митрополита в Синод способствовало бы укреплению его позиций среди членов Синода, входивших в оппозиционную группу Врачанского митрополита Паисия. Наиболее подходящей кандидатурой в качестве митрополита Неврокопского был епископ Пимен (Энев), находящийся в хороших отношениях с властью и являющийся «другом митрополита Кирилла»[30].

Во-вторых, было необходимо созвать собор и провести выборы патриарха.

Ещедо визита митрополита Николая в Болгарию 30 марта 1952 года были проведены выборы членов Церковно-народного собора, который должен был выбрать предстоятеля Болгарской Церкви. После визита митрополита Николая Дирекцией вероисповеданий было принято решение ускорить процесс организации выборов патриарха. Как упоминалось выше, наиболее подходящей кандидатурой на этот пост, по мнению Дирекции, являлся Наместник-Председатель Синода Пловдивский митрополит Кирилл.

В-третьих, было принято решение провести межконфессиональную конференцию в защиту мира. Ранее подобное мероприятие было невозможно в связи с негативным отношением католиков к организации национальной конференции. Теперь же, после визита и выступлений митрополита Николая и переговоров с представителями разных конфессий, ситуация изменилась, и конференцию запланировали провести через месяц.

Следует отметить, что после отъезда митрополита Николая Павел Тагаров отправил в СССР документальный фильм, снятый во время пребывания русского митрополита в Болгарии. У болгарского руководства он просил разрешение на показ этого фильма в кинотеатрах: «Целесообразно этот фильм полностью или несколько раз показывать в качестве кинохроники в наших кинотеатрах»[31].

В конце 1952 года в крупных городах Болгарии были проведены межконфессиональные конференции в защиту мира, имевшие как внутриполитическое, так и внешнеполитическое значение. Как отмечалось в докладе Павла Тагарова, «особенно важным является то, что влияние межконфессиональных конференций позволяет нам говорить заграницей, в частности, в капиталистических странах»[32].

По мнению Дирекции вероисповеданий, такие конференции должны были доказать западному миру, что в коммунистических странах нет ограничения свободы совести и религиозных убеждений. Поэтому представители участвующих в конференции основных конфессий страны в выступлениях заявляли о том, что в Болгарии присутствует полная религиозная свобода. По материалам конференций Дирекция вероисповеданий опубликовала доклад и направила его в Болгарские посольства и дипломатические миссии.

В заключение следует заметить, что после визита митрополита Николая в Болгарию в развитии церковно-государственных отношений и внутрицерковной жизни Болгарской Церкви наметилась положительная динамика.

Во-первых, взаимоотношения Церкви и государства стали выстраиваться в иной плоскости. Государство смягчило давление на Церковь и стало чаще прибегать к компромиссам по отношению к Церкви. По свидетельству Г.Г. Карпова, П. Тагаров в разговоре с митрополитом Николаем говорил, что «после заслушивания его доклада о взаимоотношениях церкви и государства в СССР лучше понял этот вопрос»[33]. Дирекция вероисповеданий, заинтересованная устройством церковно-государственных отношений по образцу СССР, просила митрополита Николая содействовать организации в Москве встречи «министров или директоров департаментов вероисповеданий стран народной демократии для взаимной информации и согласования вопросов взаимоотношений государства и церкви»[34].

Во-вторых, Болгарская Православная Церковь, получив поддержку со стороны Русской Церкви в вопросе восстановления патриаршества, усилила подготовку к созыву Церковно-народного собора и выборам патриарха.

Это обстоятельство является значимым результатом визита митрополита Николая. Для Московской Патриархии было немаловажно, чтобы Болгарская Православная Церковь возглавлялась патриархом, так как это поднимало статус Церкви в диалоге с государством. Патриарх мог бы отстаивать позицию Церкви по животрепещущим вопросам более эффективно, опираясь на поддержку своих собратьев-патриархов. Поэтому одной из задач визита митрополита Николая в Болгарию являлась подготовка выборов достойного кандидата.

Как уже было отмечено выше, наиболее предпочтительна была кандидатура Пловдивского митрополита Кирилла. Авторитетное мнение митрополита Николая в вопросе о кандидатуре на патриаршество повлияло на решение некоторых архиереев. Если до визита митрополита Николая соотношение голосов митрополитов в Синоде было 5 против 4 не в пользу митрополита Кирилла, то после отъезда ситуация стала 5 против 4, но уже за Пловдивского митрополита[35].

В-третьих, митрополит Николай сумел оказать влияние на взаимоотношения Синода Болгарской Церкви и Союза священников. Для митрополита Николая было важно либо примирить это движение с Синодом, либо ослабить его влияние на общество. Один из членов Союза священников после визита митрополита Николая в Болгарию в благодарственном письме писал ему: «До Вашего прибытия к нам отношения между Союзом Священников и Св. Синодом не были нормальными. Союз Священников придерживался неподобающего тона в своем поведении»[36]. Из письма видно, что многие члены Союза осознали антицерковный характер своей деятельности. Более того, руководство совета Священнического союза объявило, что «впредь отношения [с Синодом] будут только сыновними и что члены Союза будут постоянно послушными и дисциплинированными клириками»[37].

Следует отметить, что визит митрополита Николая лишь наметил и определил дальнейшее направление конструктивного развития церковно-государственных отношений в Болгарии. Многое из того, что было заложено во время визита, принесло плоды гораздо позднее.

Т.В. Волокитина, говоря о результатах визита митрополита Николая в Болгарию, приводит критические отзывы сотрудников Совета по делам Русской Православной Церкви. Они упрекали митрополита Николая в том, что он «не сумел вскрыть действительного положения и соотношения сил в епископате Болгарской церкви и к вопросу укрепления позиций митрополита Кирилла отнесся поверхностно, несерьезно»[38]. Развивая эту мысль, Т.В. Волокитина указывает, что во время пребывания митрополита Николая в Болгарии митрополит Кирилл предложил провести выборы патриарха в сентябре текущего года, на что Николай дал свое согласие[39]. Но после его отъезда намеченный собор был отложен на неопределенное время.

Однако в результате детального изучения материалов из отечественных и болгарских архивов данная ситуация видится в ином свете. Исследователи Т.В. Волокитина и Ф.В. Суханов подтверждают тот факт, что намеченный на осень 1952 года Третий Церковно-народный собор не состоялся «из-за противодействия этому группы митрополитов во главе с Врачанским Паисием»[40].

Необходимо рассмотреть причины изменения отношения к митрополиту Кириллу со стороны болгарских митрополитов. Прежде всего, после визита митрополита Николая в Болгарию глава Дирекции вероисповеданий П. Тагаров получил от председателя Совмина Болгарии В. Червенкова «согласие на избрание Неврокопского митрополита, на проведение церковного собора для выборов патриарха и на конференцию представителей всех вероисповеданий Болгарии в защиту мира»[41]. Для того чтобы ускорить осуществление намеченных мероприятий, Павел Тагаров использовал жесткие методы «нажима» на оппозиционно настроенных архиереев, которые ранее, благодаря митрополиту Николаю, были благосклонно расположены к митрополиту Кириллу.

Из-за подобной тактики Павла Тагарова митрополиты Паисий и Иосиф на заседании Синода в июле 1952 года «вели себя вызывающе и озлоблено по отношению к м. Кириллу»[42]. Митрополит Паисий представил ряд аргументов, компрометировавших митрополита Кирилла как перед архиереями, так и перед правительством. Таким образом, многое из того, что было достигнуто митрополитом Николаем, было разрушено действиями Павла Тагарова. «Задача, которую Тагаров ставил себе в мае с.г. – перестройкой добиться удаления из Синода м.м. Паисия, Михаила, Софрония, Климента и Неофита, – оказалась не только недостигнутой, но привела к ослаблению позиций м. Кирилла», – отмечает М. В. Шкаровский[43].

В октябре 1952 года вместо Павла Тагарова на должность главы Дирекции вероисповеданий был назначен «выпускник Софийской Духовной семинарии, бывший начальник отдела печати МИДа Михаил Кючуков»[44]. В январе 1953 года он по приглашению Совета министров посетил СССР с рабочим визитом. Целью визита было «ознакомление с организационной структурой и работой Совета по делам Русской православной церкви и Совета по делам религиозных культов при Совете министров СССР»[45]. После его возвращения в феврале в Болгарию, 8 мая 1953 года в Софии был созван Церковно-народный собор, на котором был избран патриарх Болгарский Кирилл.

После смены руководства Дирекции вероисповеданий в Болгарской Церкви за короткое время были решены многие вопросы. МихаилКючуков за четыре месяца смог исправить ошибки, допущенные Павлом Тагаровым, и в конструктивном ключе наладить взаимоотношения Церкви и государства.

В связи с этим очевидно, что утверждения некоторых исследователей об отсутствии результатов визита митрополита Николая в Болгарию неправомерны. То, что было заложено в процессе визита, выступлений, встреч и бесед митрополита Николая, несомненно, принесло свои плоды, но несколько позднее.

[1] Васильева О. Ю. Митрополит Николай (Ярушевич) в истории Русской Православной Церкви XX века. [Электронный ресурс] URL: http://www.pravoslavie.ru/arhiv/58034.htm.

[2] Болотов С. В. Русская Православная Церковь и международная политика СССР в 1930-е – 1950-е годы. М., 2011. С. 264.

[3] Волокитина Т.В., Мурашко Г. П., Носкова А. Ф. Москва и Восточная Европа: Власть и Церковь в период общественных трансформаций 40–50-х годов XX века: Очерки истории. М.: РОССПЭН, 2008. С. 128.

[4] Суханов Ф. В. Церковь и государство в Болгарии (середина 1940-х – начало 1950-х гг).: Дис. … канд. ист. наук. Краснодар, 2009. С. 39.

[5] Волокитина Т. В.Оппозиция или конформизм? Болгарская православная церковь и коммунистический режим (1940-е – 1980-е гг.) // Государство и церковь в СССР и странах Восточной Европы в период политических кризисов второй половины XX века: Сб. М.; СПб., 2014. С. 133.

[6] Суханов Ф. В. Церковь и государство в Болгарии (середина 1940-х – начало 1950-х гг).: Дис. … канд. ист. наук. Краснодар, 2009. С. 209.

[7] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 842. Л. 2–11.

[8] Волокитина Т. В.Оппозиция или конформизм? Болгарская православная церковь и коммунистический режим (1940-е – 1980-е гг.). С. 123.

[9] Шкаровский М.В. История Болгарской Православной Церкви и ее отношений с Русской Церковью в первой половине XX века. СПб., 2014. С. 189.

[10] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 32.

[11] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 32.

[12] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 32.

[13] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 32.

[14] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 49.

[15] Николай (Ярушевич), митр. В Болгарии // Журнал Московской Патриархии. 1952. № 6. С. 36.

[16] Николай (Ярушевич), митр. В Болгарии. С. 45.

[17] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 84.

[18] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 84.

[19] Волокитина Т. В.Москва и Восточная Европа: Власть и Церковь в период общественных трансформаций 40–50-х годов XX века: Очерки истории». С. 247.

[20] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 50.

[21] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 81.

[22] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 80.

[23] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 80.

[24] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 80.

[25] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 51.

[26] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 81.

[27] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 51.

[28] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 81.

[29] Волокитина Т. В.Москва и Восточная Европа. Власть и Церковь в период общественных трансформаций 40–50-х годов XX века: Очерки истории». С. 131.

[30] Суханов Ф. В. Церковь и государство в Болгарии (середина 1940-х – начало 1950-х гг). С. 213.

[31] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 54.

[32] ЦДА. Ф. 165. Оп. 4. Д.76. Л. 55.

[33] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 872. Л. 204.

[34] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 872. Л. 204.

[35] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 80.

[36] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 90.

[37] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 91.

[38] Власть и церковь в Восточной Европе. 1944–1953.Документы российских архивов: в 2 т. / Ред. коллегия: Т. В. Волокитина (отв. ред.), Г. П. Мурашко, А. Ф. Носкова, Д. Н. Нохотович. М.: РОССПЭН, 2009. С. 1018.

[39] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 76.

[40] Суханов Ф. В. Церковь и государство в Болгарии (середина 1940-х – начало 1950-х гг.).: Дис. … канд. ист. наук. Краснодар, 2009. С. 213.

[41] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 974. Л. 32.

[42] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 974. Л. 32.

[43] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 988. Л. 140.

[44] Шкаровский М. В. История Болгарской Православной Церкви и ее отношений с Русской Церковью в первой половине XX века. СПб., 2014. С. 190.

[45] ГА РФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 1012. Л. 40.
История Русской Православной Церкви

Официальная и неофициальная стороны визита митрополита Николая (Ярушевича) в Болгарию (1952 г.)