BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
Октябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  

Илью Глазунова проводили в последний путь под колокольный звон

В Москве простились с Ильей Глазуновым. Сотни людей — близкие, друзья, ученики, коллеги, почитатели его таланта — пришли в Богоявленский (Елоховский) собор, где состоялся обряд отпевания. И все говорили о том, что Илья Сергеич был выдающимся художником и гражданином, творчество и наследие которого навсегда вписано в историю России. Похоронили Илью Глазунова на Новодевичьем кладбище.

Последние почести народному художнику отдали в Богоявленском (Елоховском) соборе. Здесь проходила интронизация четырех патриархов, здесь похоронен патриарх Алексий II, с которым Илья Глазунов был знаком и не раз встречался. История этого храма неразрывно связана с историей России — как и имя Ильи Глазунова. А его жизненный путь — так или иначе — не раз приводил в этот собор. В нем бывало не одно поколение Глазуновых, и провести здесь церемонию прощания — таково было желание родных художника.

«В детстве с отцом и матерью ходил в этот храм, дорожка сюда протоптана, намолена, поэтому здесь», — говорит сын Ильи Глазунова Иван.

«Смирением возвышаемый» — это девиз Ордена преподобного Сергия, которым от имени Русской православной церкви был награжден Илья Глазунов. Из-за его болезни дату вручения несколько раз переносили — и сегодня награду сыну художника Ивану и дочери Вере передали епископ Егорьевский Тихон и митрополит Истринский Арсений. Они служили панихиду, а перед ее началом митрополит Арсений зачитал послание патриарха Кирилла, с которым Глазунов был близко знаком: «Выражаю глубокое соболезнование родным, близким, коллегам и ученикам почившего. Ушел из жизни не только одаренный мастер кисти, но и крупный общественный деятель, мыслитель и патриот России».

Россия — цитата по Глазунову – «страна многонациональная, и русский — тот, кто любит Россию». В его работах, которых более трех тысяч, — целая палитра чувств к Родине: вера, верность, гордость, боль. Перед его глазами вершилась история — блокадное детство, послевоенный Ленинград, переломы перестройки и закат Советского Союза. И он сам писал ее, находя для происходящего зримые образы. В Галерее Ильи Глазунова сегодня открыта Книга памяти. Сотни записей — «спасибо за боль о России» и «наша гордость на все века».

«Он всегда пытался отобразить эпоху. Вот, может быть, как летописец современности он себя проявил особенно значимо», — рассуждает Елена Шиповская.

Галерею не раз посещал Владимир Путин. Сегодня венок от президента — в Елоховском соборе. Море траурных роз. Храм был полон: дань памяти народному художнику отдали политики и общественные деятели, студенты и преподаватели Академии живописи, ваяния и зодчества и, конечно, коллеги — художники и скульпторы.

Народного художника проводили под набатный звон колоколов и аплодисменты. Траурный кортеж отправился на Новодевичье кладбище. По желанию семьи, эта часть траурной церемонии была закрытой. Для всех и всегда открыты двери его Музея сословий России — грандиозного собрания предметов старины, на спасение которых Глазунов порой тратил все гонорары, а на поиски — десятилетия: коллекция всей жизни великого художника и его великой страны.


Художника Илью Глазунова похоронили на Новодевичьем кладбище в Москве, передают РИА Новости. Глазунов похоронен у центральной аллеи — рядом с его могилой находятся захоронения актеров Владимира Зельдина, Льва Дурова и Людмилы Целиковской.

Очевидцы рассказали, что перед катафалком несли венки от президента РФ, председателя правительства РФ, администрации президента, Госдумы и Российской академии художеств. Венки так же прислали Творческий союз художников России, депутат Госдумы и советник патриарха Владимир Ресин с супругой, бизнесмен Тельман Исмаилов, коллектив «Транснефти», а также сотрудники академии и галереи Ильи Глазунова.87 лет – Илья Глазунов хотел жить и работать до 100. Жажду жизни привил ему навсегда блокадный Ленинград. Когда смерть унесла самых близких: отца и мать, мальчика вывезли по льду Ладожского озера. С тех пор не было ничего, что заставило бы его сдаться.

«Мы с ним дружили много лет, я бывал в мастерской, мы сидели до утра, я видел, что искусство – часть его души, вся его душа, может быть. Не случайно очереди стояли к его картинам. Не все его принимали и одобряли, но он всегда был верен себе», – вспомнил поэт Андрей Дементьев.

Ранее давний друг Глазунова, издатель мемуаров «Россия распятая» Виктор Хроленко рассказал, что здоровье художника подкосил подмосковный ураган 29 мая. Тогда любимая дача Глазунова получила значительные повреждения. После этого, 10 июня свое 87-летие художник впервые отметил в очень узком кругу. На торжестве присутствовали его супруга Инесса Орлова, сын Иван и дочь Вера, не было даже любимых внуков.

Член академии художеств России, народный художник СССР Илья Глазунов скончался 9 июля в Москве от остановки сердца. Ему было 87 лет.

Илья Глазунов по праву является одним из самых известных российских художников. Он не только писал картины, но и делал книжные иллюстрации. Он основатель и ректор Российской академии живописи, ваяния и зодчества, народный художник СССР.


87 лет – Илья Глазунов хотел жить и работать до 100. Жажду жизни привил ему навсегда блокадный Ленинград. Когда смерть унесла самых близких: отца и мать, мальчика вывезли по льду Ладожского озера. С тех пор не было ничего, что заставило бы его сдаться.

«Мы с ним дружили много лет, я бывал в мастерской, мы сидели до утра, я видел, что искусство – часть его души, вся его душа, может быть. Не случайно очереди стояли к его картинам. Не все его принимали и одобряли, но он всегда был верен себе», – вспоминает поэт Андрей Дементьев.

Дипломную работу писал в Ленинградском институте живописи. Это были «Дороги войны» — непроглядные тучи, изможденные лица. Позже полотно уничтожат. Он напишет копию. Ему поставят в итоге «тройку» — пусть работает учителем черчения и рисования. Вернувшись в Москву, брался за любую работу, и этого не стеснялся. Да, руками художника грузил мешки.

Сам Глазунов вспоминал: «Если не я, то кто же? Меня это всегда подымало с колен. Когда я работал грузчиком, а там шумели: первая выставка… А я работал грузчиком, грузил на Рижском вокзале мешки».

Это был 1957-й год. Начиналась «оттепель», за Глазунова хлопотал поэт Сергей Михалков – о нем художник всегда вспоминал с благодарностью. Индира Ганди, Леонид Брежнев, Джина Лоллобриджида – Глазунов-портретист становится невероятно востребованным. Он пишет исторические полотна, возглавляет патриотический клуб «Родина», который занимается образованием молодежи и защитой памятников архитектуры, позже, в 90-е годы, участвует в реставрации Московского Кремля.

«Интеллигент — это тот, кто заботится о самосознании своего народа, о великих традициях своего народа, которые и сделали Россию, распахнувшуюся на одну шестую часть света, больше, чем Римскую империю», – говорил Илья Глазунов в одном из своих недавних интервью.

Сын Иван и дочь Вера тоже художники. Они учились у отца.

«Человек, любящий Россию, до конца о ней думающий, не изменяющий своему делу, который делится всем и со всеми», – так рассказывает о своем отце Иван Глазунов.

Преподавать Илья Сергеевич Глазунов начал еще в 70-х. А в 80-х он создает Российскую академию живописи, ваяния и зодчества.

«Создал прекрасное, самое лучшее по методике учебное заведение. Построил по той идеологии, которая была в Императорской академии. Договаривался, возил делать копии с великих старых картин», – вспоминает художник Александр Шилов.

Галерею Глазунова в последние годы посещали патриарх Кирилл, президент Владимир Путин, гости из Франции и других стран. Разгром церквей при советской власти, лица XX века, иллюстрации к произведениям Лермонтова и Достоевского, старинные иконы – Глазунов собрал на Волхонке свою Россию.

«Картины Ильи Сергеевича – это историософия в красках, и вы рассказываете нам, делаете все, чтоб мы не забыли о великих и страшных событиях нашей истории», – говорит наместник московского Сретенского монастыря архимандрит Тихон (Шевкунов).

Народный художник Советского союза, полный кавалер Ордена «За заслуги перед Отечеством», обладатель золотой медали ЮНЕСКО «За вклад в мировую культуру». Но главное – Глазунов оставил более 3 тысяч работ – они хранятся в разных городах и странах, на стенах музеев, страницах книг и альбомов. И в сердцах тех, кто их увидел.


В Москве может появиться улица в честь Ильи Сергеевича Глазунова. Такую инициативу одобряют и гости телеканала Царьград. Генерал-лейтенант, историк Леонид Решетников рассказал о том, что Илья Сергеевич был «тонким человеком с тонкой душой». По словам Решетникова, другой человек и не смог бы стать гениальным именно русским духом художником.

«Он был естественным православным — не как сейчас очень многие православные по воскресеньям — пришли в храм, свечки поставили, помолились и будет… Илья Сергеевич был естественным православным ежеминутно, ежечасно, во всех разговорах», — уточнил Решетников. Историк разъяснил, что быть православным — это не цитировать постоянно Евангелие. Хотя Глазунов мог и это, поскольку у него была всегда великолепная память, и он был большой интеллектуал. «Он был православным по жизни, по состоянию сердца. Со своей любовью, своим вниманием, доброжелательностью, он даже о врагах веры — говорил тихим и немного вкрадчивым голосом», — поделился воспоминанием Решетников.

По словам историка, Глазунов был по форме мягким, по содержанию — жестким и принципиальным: «У него была четкая позиция, он с нее не сходил никогда». «Вообще, он был очень тонкий человек с тонкой душой. И другой человек не мог бы быть таким гениальным художником», — заключил Решетников.

https://tsargrad.tv/news/leonid-reshetnikov-ilja-glazunov-byl-pravoslavnym-po-zhizni-po-veleniju-serdca_73865

«Я с ним встречался много раз в разных коллективах, группах. У меня с ним было три или четыре крупных беседы по часу-полтора. Ему понравилась моя книга «Вернуться в Россию», — вспоминает генерал СВР в отставке, председатель наблюдательного совета телеканала «Царьград» Леонид Решетников. — Она появилась несколько лет назад, мы с ним обсуждали пафос этой книги, то, что мы еще не русские, мы еще не вернулись в Россию, мы такие советские, полусоветские… И я подумал, что ему-то и не надо было возвращаться в Россию, он всегда был русским, он всегда жил в России с детских лет. Он всегда жил в любимой им России. Мы к ней возвращаемся сейчас, многие еще не вернулись, многие сопротивляются, даже воюют, клевещут… А он всегда был русским, он всегда был в России».

Благодаря Глазунову мы возвращаемся путем проб и ошибок, разочарований и очарований, отметая ложное и приобретая смыслы, возможно, исключительно благодаря глазуновским образам, в свое время не став птенцами гнезда Коротича и его юзов алешковских, впоследствии трансформировавшихся в дмитриев быковых. Нет, отринув паскудное фиглярство и гаерскую насмешку от русскости, мы возвращаем себе Родину. И первым шагам в этом направлении научил нас великий Илья Глазунов.

Леонид Решетников:

«Наверное, вы слушали от него, он всегда с необычной теплотой говорил о своих родителях, которые погибли в блокаду. И когда смотришь на фотографии его родителей, ты видишь эти чистые, одухотворенные лица русских людей, и, видно, это было заложено тогда, в детстве, в раннем детстве это было заложено родителями в имперской столице. Она присутствует в его полотнах, замечательные иллюстрации произведений Достоевского в имперской столице и этот дух, который в него вложили. Ну а вообще, честно говоря, что удивляться? Дух-то и закладывается в этом возрасте, уже к 15 годам довольно поздно закладывать дух, он уже заложен. И он с этим духом прожил всю свою жизнь, сложную жизнь, потому что Советский Союз не принимал этого, он не принимал эту идею, не принимал эту русскость, мы все должны были быть советскими. И главное, что он был верующим человеком. Вот в этом русскость. Русскость не в диком национализме, он таким никогда не был. Он лично беседовал, он жестко осуждал дикий национализм, он был русским в православном понимании этого слова.

Он был естественным православным, не как сейчас очень многие православные по воскресеньям — пришли в храм, свечки поставили, помолились… Но он был естественным православным ежеминутно, ежечасно, во всех разговорах. Не в том смысле, что он постоянно цитировал Евангелие, он не делал этого, он мог цитировать, у него была великолепная память, и он был большой интеллектуал, но по жизни, по состоянию сердца он был православным человеком. Со своей любовью, своим вниманием, доброжелательностью он даже о врагах — врагах веры — говорил своим вот этим вот тихим, немного вкрадчивым добрым голосом. То есть я никогда не слышал, чтобы он повышал голос, ни на выступлениях…»

https://tsargrad.tv/articles/vospominanija-ob-ile-glazunove-on-byl-ochen-russkim_74180

9 июля 2017 года в возрасте 87 лет отошел ко Господу великий русский художник, основатель Российской академии живописи, ваяния и зодчества Илья Сергеевич Глазунов. Сегодня, в день его отпевания, мы публикуем небольшие воспоминания друзей и коллег покойного.

Илья Сергеевич Глазунов Илья Сергеевич Глазунов

Салават Александрович Щербаков, скульптор и педагог, народный художник России, академик Российской академии художеств:

— Илья Сергеевич был очень большим, творческим художником с непростой жизненной судьбой. В детстве он пережил блокаду Ленинграда. Тогда умерли его отец, мать, бабушка, все другие его родственники, и он в каком-то смысле оказался в аду, в одиннадцать лет пережив весь этот ужас.

Это был человек с зарядом огромной жизненной силы

После эвакуации Илья отучился в ленинградской художественной школе, поступил в художественную академию. Это был человек с зарядом огромной жизненной силы — видимо, Бог хранил его ради особой миссии. Эту миссию он потом осуществлял всю жизнь и никогда ей не изменял. В эпоху атеизма, забвения отечественной истории и веры, он начал свою деятельность по, можно сказать, восстановлению знаний о России. В ту эпоху, когда интерес к российской истории естественным образом снова возник в обществе, такая фигура оказалась для страны очень востребованной. И здесь к его качествам большого художника и человека, тонко чувствующего культуру, прибавилась роль бойца, роль витязя. Эти качества потребовались для того, чтобы сохранить движение страны к восстановлению памяти о своем прошлом, да и самому остаться верным выбранному курсу в своем творчестве.

Потом, уже на закате советской власти, Глазунов основал Российскую академию живописи, ваяния и зодчества, заложив фундамент для дальнейшей деятельности своих учеников и единомышленников. Во многом благодаря этому в нашей сегодняшней культуре происходят определенные позитивные изменения. Также Глазунов открыл Музей русских сословий рядом со своей галереей.

Общественная деятельность Ильи Сергеевича состояла в том, что он неустанно, не щадя себя и своего здоровья, проявляя неимоверную силу, нес идею великой миссии России, великого русского искусства как островка великой европейской культуры. Он обучал молодежь классической живописи и искусству. Много лет я работал с Глазуновым в качестве заведующего кафедрой скульптуры в его академии, которая выпускала и выпускает художников очень высокого профессионального уровня и которая своими принципами верна высоким и духовным началам в искусстве. В основанной им Академии очень важны три составляющие: русская икона и древнерусское искусство, классическая и реалистическая живопись как часть великой русской культуры и народное искусство — все, что веками копилось в народе.

Можно сказать, что Глазунову многое удалось сдвинуть в сознании людей касательно истории нашей страны. Сегодня, когда многие идеалы 50-ти или 30-летней давности осыпались и потеряли силу, его усилия заложили одну из самых надежных платформ для развития молодого художника.

Илья Сергеевич Глазунов Илья Сергеевич Глазунов

Геннадий Иванович Провоторов, скульптор и педагог, народный художник России, академик Российской академии художеств:

— Масштаб некоторых фигур мы замечаем и при их жизни, но особенно — по их уходе. Кончина Ильи Сергеевича — это как потеря некоего камертона в служении искусству и в служении нравственности в том же искусстве. Глазунов был мерилом ответственности и продолжения лучших традиций русского изобразительного искусства.

Он оставил после себя богатое наследие — и творческое, и культурное. Продолжая лучшие достижения русского и российского изобразительного искусства, Глазунов активно отстаивал эти традиции. Реалистическое, правдивое искусство воспринимается сейчас, может быть, не так язвительно, как ещё лет десять назад, но его по-прежнему часто считают рутинерством и консерваторством.

А ещё Илья Сергеевич создал, а точнее, воссоздал и поднял статус бывшего Училища живописи, ваяния и зодчества. Ныне это Российская академия художеств, которая, я надеюсь, со временем станет носить имя Ильи Глазунова. Около десяти лет я являюсь председателем Комиссии по защите дипломов по скульптуре в Академии, и очень ценю деятельность Ильи Сергеевича в воссоздании школы высокого культурного и нравственного начала в изобразительном искусстве. Если бы Пушкин или Николай I вдруг вошли в стены Академии, они, возможно, и не заметили бы изменений: настолько высока эстетика этого учебного заведения. Как создатель или воссоздатель этого учебного заведения, Илья Сергеевич Глазунов и тут достоин признания и самой доброй памяти.

Илья Сергеевич Глазунов в Риме Илья Сергеевич Глазунов в Риме

Александр Борисович Махов, член Союза писателей, искусствовед, бывший первый секретарь посольства СССР в Италии:

— Я моложе Ильи Сергеевича всего на три месяца. Мы познакомились с ним в 1959 году в Доме дружбы с народами зарубежных стран. Мы подружились: я бывал у него дома на Кутузовском проспекте в его скромной квартире. Он всегда почему-то включал Баха, и мы потихонечку разговаривали, обменивались впечатлениями. Он очень хотел, чтобы я помог ему с выставкой в Италии. Ведь я как первый секретарь посольства заведовал делами культурных связей с Италией, это была моя прерогатива. А поскольку до этого я работал в ЦК партии в должности референта, то лично знал многих деятелей итальянской компартии, включая Тольятти. Они приезжали для встреч с нашими лидерами, а порой и для того, чтобы отдохнуть или подлечиться. И, благодаря моим связям в итальянском политбюро, в Москву пришло письмо, подписанное руководителями итальянской компартии, чтобы пригласить в Италию с персональной выставкой художника Глазунова, о котором так много тогда говорилось и чьи первые московские выставки имели столь большой успех.

Я помню, как он приехал со своими картинами в Рим, как он радовался, когда узнал, что помещение, которое ему выделили под выставку, — бывшая мастерская Александра Иванова, где тот писал свое знаменитое «Явление Христа народу».

Итальянская выставка Глазунова пользовалась большим успехом, римляне шли на нее во множестве, весьма активно.

У меня в памяти осталась картина Ильи Сергеевича о блокадном Ленинграде: за столом мальчик, видны его большие, широко раскрытые голодные глаза… Я понимаю, что на ней изображен сам Илья Сергеевич в детстве. Это то, что он пережил лично.

Илья Глазунов. Блокада. Из серии «Ленинградская блокада.1942-1944».1956 Илья Глазунов. Блокада. Из серии «Ленинградская блокада.1942-1944».1956

Ещё я помню, как Илья Сергеевич любил Венецию. Раза два он брал меня туда в качестве сопровождающего со своими студентами. Он много там писал, много работал в Венецианской библиотеке.

Илья Сергеевич был великий собиратель тех камней, которые в годы лихолетья были разбросаны по нашей русской земле. Он восстанавливал наши русские корни, но был при этом человеком с очень широким кругозором, великолепно знавшим европейскую культуру. Особенно близка ему была фигура Микеланджело. Я хотел бы привести один сонет, который Микеланджело посвятил скульптору Вазари:

Вы красками доказывали смело
Искусства власть в прекраснейших вещах,
С природой уравняв его в правах
И уязвив гордячку столь умело.

Хотя и ныне многотрудно дело,
Вы поразили мудростью в словах,
И вашим сочиненьям жить в веках,
Чтоб прародительницу зависть ела.

Ее красу никто не смог затмить.
Терпя провал в попытках неизменно.
Ведь тлен — удел всех жителей земли.

Но вы сумели память воскресить,
Поведав о былом столь вдохновенно,
Что для себя бессмертье обрели.

Я уверен, что эти слова во многом подходят Илье Сергеевичу как к великому собирателю нашего искусства.

Илья Сергеевич Глазунов Илья Сергеевич Глазунов

Мы потом встречались еще не раз, я приводил к нему итальянцев. Когда он в Риме писал портреты, к нему стояла очередь от Джины Лолобриджиды до Феллини, которые хотели заполучить портрет этого удивительного советского молодого художника.

К тому же тогда, в 1950-1970-е годы, Илья Сергеич был поразительно красив внешне. Я ему даже завидовал, когда на него в Италии заглядывались красотки.

Одним из главных качеств Глазунова была интеллектуальная ненасытность. Он постоянно хотел узнать больше, постоянно задавал вопросы, спрашивал, где можно взять ту или иную книгу, просил помочь ее достать. Когда он уезжал после своей первой выставки из Италии, то увез домой целый чемодан книг, которые накупил в итальянских букинистических магазинах.

Я всегда поражался его знаниям. Это был настоящий энциклопедист — просто диву даешься, сколько он знал о русской и мировой истории, о Древнем Риме, о Византии…

Но главное, что он был защитник, сподвижник России. И вот теперь его не стало…

Подготовил Юрий Пущаев

11 июля 2017 г.

http://www.pravoslavie.ru/105057.html