BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
март 2019
П В С Ч П С Н
« февр.    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Компьютерная реконструкция храма в Сан-Стефано

С 2016 года в интернет существует статья, а так же статья на турецком языке, в которой опубликована попытка виртуальной реконструкции храма в Сан-Стефано. Мы собрали иллюстрации:

Интересная статья Трагедия-реставрации В. В. Суслова Цитируем часть текста, посвященного Сан-Стефано:

В 1891 – 1893 гг. (определённо не помню) я был занят составлением проекта памятника в Сан-Стефано русским воинам, погибшим в Турецкую кампанию. Военным агентом в Константинополе, Н.Н. Пешковым мне дан был эскиз этого памятника за его подписью. На основании этого эскиза мною было составлено несколько проектов, из которых проект, опубликованный в журнале «Строитель» за 1892 год, был утверждён государем и принят к постройке. Пешков был, между прочим, назначен заведующим хозяйственной стороной всего дела, а я по поданному военному министру условию принял на себя исполнение всех необходимых рисунков и техническое руководство постройкой.

Отправив на место сооружения в качестве своего помощника, архитектора Базарова, я в Петербурге разрабатывал детальные художественные и технические чертежи, а затем и шаблоны. К моему несчастью Пешков был одержим художеством, делал довольно слабенькие акварельки и очень был смел в суждениях по предметам искусства. Помощник мой миленький человек оказался очень неустойчивым в своих взглядах и дело наше почти с первых же шагов, приносило массу недоразумений. Не говоря о том, что я часто сдавался на изменение проекта и деталей, по желанию Пешкова, и приобщения к ним моего помощника. Я иногда должен был сдаваться на предложение в форме, своего рода требования. Всё это так усложняло дело, что приходилось писать длинные письма, и оставлять себе копии.

При приезде в Константинополь на закладку памятника, я старался установить более правильные отношения друг к другу, в целях успеха дела. Закладка памятника совершилась при приезде в Сан-Стефано из Константинополя нашего посланника Нелидова и немногих др. лиц. На медной золочёной доске было выгравировано всё, что полагается на память о подобных сооружениях. Между прочим, был вписан и я, как архитектор. Посланник, между прочим, кладя камень и стуча лопаткой, обратился словом к Пешкову, произнеся: «И мы пахали». Видимо, эта фраза была сказана по адресу Пешкова.

После закладки я с помощником отправился разыскивать облицовочный камень для памятника. Имелось уже несколько образцов. Мы остановились на смирском камне и потому мы отправились на пароходе с Базаровым в город Смирну. Там через французского консула исправлявшего обязанности и русского консула, мы ездили на каменоломни. Камень оказался действительно хорошим, на нём и остановились. Путешествие было очаровательное. Огромный египетский пароход был полон всякого довольства и всякой публики, в особенности восточного люда. Одежды турок в чалмах, евреев ветхозаветного вида и других восточных людей, ярко рисовали местный восточный край.


Вернувшись в Сан-Стефано, мы установили все технические и художественные вопросы по постройке памятника. Материалы для фундамента и стен были заранее приготовлены и работы приняли оживлённый вид. Рабочие были разных национальностей. Место постройки определено на берегу Мраморного моря. Во время моего пребывания в Константинополь я осмотрел город со всеми его достопримечательностями и характерными чертами внешней жизни. Особенное впечатление произвёл на меня храм Св. Софии «Ая София».
Из всех, виденных мною в Европе памятников зодчества, это сооружение произвело на меня более сильное впечатление, как своим размером, так и органической цельностью его частей со всеми перекрытиями. Необыкновенная простота и чистота форм, пропорциональность их и благородство украшений, всё вместе с соборным освещением, представляется чудеснейшим произведением искусств. Обидно только, что все изображения крестов и других символов, находящихся среди рельефной орнаментики выбиты, а священные изображения закрашены. Мечталось мне, что наступят дни, когда над Св. Софией снова водрузится св. Крест и самый храм примет прежний вид своего несравненного великолепия.
Константинополь так богат своим прошлым, со своими прекрасными сооружениями, что невольно проносится желание, чтобы город этот, попал под власть более культурного государства и подвергся научным изысканиям в связи с обширными раскопками.

Проект братской могилы-усыпальницы в Сан-Стефано:

Побережье, Константинопль и Сан-Стефано на карте 19 века:

Современная карта:

14 ноября 1914 года перед монументом собралось бесчисленное множество людей. Народ пришел еще в ранние утренние часы, и прежде, чем памятник был разрушен, фрагменты мемориала, выполненные из дерева, были сожжены.

После взрыва вслед за разрушением памятника среди развалин люди устанавливали османские флаги. Звучали барабаны, читался азан. Накануне уничтожения монумента все находящиеся внутри священные реликвии и иконы были переданы русским монахам.

Изображения, заснятые в процессе уничтожения памятника Фуадом Узкынаем, вошли в историю как первый фильм турецкого кино и документальной истории. Фильм был назван «Снос русского памятника в Сан-Стефано». Однако впоследствии не удалось сохранить эти кадры, и как жаль, что первый турецкий фильм не дошел до наших дней.

Реконструкция-анимация к „юбилею“ первого турецкого фильма.

Еще статьи посвященные храму в Сан-Стефано вы можете почитать в рубрике.

Новые турецкие выводы относительно памятника в Сан-Стефано.