BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
юни 2019
П В С Ч П С Н
« май    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Разговор о болгарском романе в ИМЛИ. «Заброшенный в природу» Милена Рускова

4 апреля 2019 г. Болгарский культурный институт в Москве и издательство «Центр книги Рудомино» представили роман Милена Рускова «Заброшенный в природу», изданный на русском языке в переводе Наталии Нанкиновой (серия «Новый болгарский роман»).

Презентация состоялась в Институте мировой литературы РАН им.М.Горького. Заместитель директора института А.Ф.Кофман, приветствуя гостей, с удовольствием отметил, что за тридцать прошедших лет – это первое славянское мероприятие в стенах института и особенно приятно, что из всех славянских литератур первой была представлена болгарская. Приветственное слово произнес экс-посол Болгарии в России Бойко Коцев.

Ведущий вечера Юрий Фридштейн предварил выступления участников презентации рассказом о работе над книгами. Будучи ответственным редактором серии, он поделился сложившимися в ходе работы впечатлениями о современной болгарской литературе, которая успешно развивается в контексте европейской, но сохраняет свои национальные черты, о литературе – отнюдь не вторичной, как было принято считать когда-то, но сильной и интересной зарубежному читателю.

Подробнее о проекте «Новый болгарский роман» рассказала его куратор и редактор Ирина Мельникова. До сегодняшнего дня в рамках проекта вышло 15 романов, принадлежащих перу 11 болгарских авторов. В ходе работы над проектом осуществилась долгожданная связь между поколениями переводчиков: мастерами старой школы (М.Тарасова, М.Михелевич) и переводчиками, делающими первые, но весьма успешные шаги (А.Тверицкая).

Разумеется, основной разговор шел о главном герое вечера – писателе Милене Рускове. Он не приехал на презентацию, но прислал ее участникам письмо, в котором разъяснил причины отсутствия и коснулся главных аспектов романа. В сущности, письмо стало самостоятельным художественным произведением, которое вместе с книгой получили участники презентации.

Свой творческий путь Милен Русков (р. 1966), выпускник филологического факультета Софийского университета, начал как блестящий переводчик с английского. В возрасте 35-ти лет он стал писать сам и издал четыре романа. В 2014 г. Русков был назван лауреатом Литературной премии Евросоюза, присуждаемой начинающим европейским авторам на Франкфуртской книжной ярмарке. Этой награды была удостоена его книга «Возвышение», язык которой необыкновенно сложен, и, по словам автора, является «компромиссом между современным строгим правописанием и либеральным возрожденческим хаосом». По этой причине книга невероятно сложна для перевода и ее чтение остается, в основном, привилегией болгарских читателей. На родине автора этот роман успешно экранизирован, фильм демонстрировался на 41-м Московском международном кинофестивале–2018. По двум последним произведениям автора поставлены спектакли, и об их богатой сценической жизни рассказала эксперт-искусствовед БКИ Майя Праматарова.

Роман «Заброшенный в природу», выбранный для перевода на русский язык, – второй роман Рускова, награжденный национальной премией «ВИК». Импульсом к написанию, по словам автора, явилась статья из энциклопедии Британика о свойствах табака. Герои романа доктор Монардес (лицо реальное) и его помощник Гимараеш (лицо вымышленное) возвели в абсолют полезные свойства табака и наладили практику лечения им разных болезней. Они попадают в комичные, иногда и в трагико-комичные ситуации, но всегда выходят из них победителями. Описание их деятельности автор сопровождает рассуждениями о вере и безверии, смысле человеческой жизни и месте человека в мире, о сложном взаимоотношении духовного и физического начал. Этими размышлениями книга будет интересна любой категории читателей и всех, безусловно, привлечет авторский юмор, который сопровождает повествование.

Особенности авторского стиля собравшиеся могли оценить по отрывку из романа, прозвучавшему в исполнении артиста Алексея Яковлева.

На презентацию книги пришли постоянные читатели серии «Новый болгарский роман». Эта особая когорта людей, находящихся в орбите Болгарского культурного института. Они изучают болгарский язык и активно интересуются культурой страны. Некоторые из них книгу уже прочитали – Татьяна Аракчеева поделилась своими впечатлениями.

Роман Милена Рускова, продолживший серию «Новый болгарский роман», бесспорно привлечет внимание. И хочется верить, что знакомство с этим автором продолжится с выходом его новых книг.

Фото Радко Раднева

Милен Русков: Письмо к моим русским читателям

Мне неимоверно жаль, что я не смог приехать в Москву на презентацию книги. Причина не в моем нежелании, а в тягостных обстоятельствах. Мой отец слег из-за тяжелой болезни и почти ничего не мог делать сам, и я, его единственный ребенок, волей-неволей должен был взять на себя заботы о нем. Ужасно видеть своего отца беспомощного, как младенца, и в памперсах. Нужно было нанять сиделку, чтобы их меняла, а самому – кормить отца, подавать ему воду, зажженную сигарету, чего, впрочем, младенцу бы не понадобилось, словом, взять на себя огромное количество забот, особенно непривычных для мужчины. Но в отличие от забот о младенце, которому предстоит вырасти и вести самостоятельную жизнь, перед которым открывается будущее, мои заботы сопровождались мучительным ощущением бессмысленности и полной обреченности, потому что впереди ничего не было, никакого благоприятного исхода, никакого движения вперед. Как у тех мышек, что крутят колесо и никогда не смогут выбраться на волю. Я впервые в жизни столкнулся с подобной ситуацией, и этот опыт стал для меня весьма поучительным, но самым невероятным оказалось то, что даже в человеке, попавшем в такую ситуацию, как мой отец, теплится жажда жизни, и он долгое время продолжает считать, что сможет оправиться, в то время как вы осознаете всю невозможность этого. То, что вам кажется ясным с первой минуты, ему становится понятным лишь через два долгих месяца. И вы наблюдаете, как, попав в безнадежное положение, он продолжает лелеять надежду, а вы не знаете, что ему сказать. Вы, конечно, лицемерите и делаете вид, что разделяете его надежду, но глубоко внутри осознаете, что она призрачна. Человек 85-ти лет, прикованный к постели после удара, который ему удалось пережить, продолжает надеяться, что все наладится, что он встанет на ноги и продолжит жить, как прежде. Невероятно! Со стороны ясно видна несостоятельность этой надежды, но человеку, застигнутому большим несчастьем, трудно постичь истину, она вообще ему не видна, и понадобится много времени, чтобы он ее осознал и понял, чтобы смирился с суровой безнадежностью своего положения.

Вот что значит быть заброшенным в природу, одним из худших способов, если не самым худшим. Природа может быть очень жестокой, немилостивой, лишенной всяких сантиментов по отношению к своим созданиям. Природа порождает их и поддерживает известное время, может быть очень щедра в определенные периоды жизни и по отношению к некоторым ее сторонам, а потом просто переступит через тебя и продолжит свой путь дальше. Она продолжит, а ты – нет. Но, может, это и не так.

Во всяком случае, приобретенный мною опыт показал, что жизнь – далеко не всегда благо и далеко не всегда ей нужно отдавать предпочтение. Когда, две недели назад, мой отец умер, все встретили это событие с облегчением. Может быть, прежде всего он сам. В некоторых обстоятельствах смерть действительно приносит освобождение. Такими обстоятельствами можно считать тяжелую, неизлечимую болезнь и старость.

Любопытно, что человек испытывает облегчение, убеждаясь, что то, чего он боится, в сущности не есть самое страшное. Что смерть не страшнее жизни. Что пока ты жив, ты больше рискуешь нарваться на что-нибудь плохое. А дверь, как говорил древний стоик Эпиктет, всегда остается открытой.

Смерть – не страшнее жизни. Нет ничего страшнее жизни. Ты прожил долгую жизнь и как-то справлялся с ней. Справлялся с самыми сложными ситуациями, которые она тебе предлагала. Стремление сохранить жизнь любой ценой – абсурдно, ведь это – стремление сохранить самое страшное, что может с тобой случиться. Страх потерять жизнь также абсурден, потому что это страх потерять самое страшное, что может с тобой случиться. Осознание этого наполняет тебя спокойствием и даже какой-то бодростью. Такое трудно поддается объяснению, но тот, кто пережил подобное, меня легко поймет. Это как озарение, а ты – как Будда, сидящий под деревом. Совсем неожиданно, без многословия, перед тобой открывается суть, даже, может быть, вопреки всякой привычной логике. Когда самый большой из твоих страхов резко ослабевает и уже не кажется тебе столь очевидным, ты делаешься свободней. Чего именно боится человек в этой жизни? Самое опасное – и есть сама жизнь. Это все равно, как если бы вода боялась водопада. Но, может, она и боится, поскольку водопад переводит ее из одного состояния в другое, из одного места в другое, из одного русла в другое. От привычного движения к непривычному. В сущности, человек боится перемен. Боится всего незнакомого, неизведанного. Страх смерти – разновидность того страха и разновидность самая частая, но это так лишь потому, что и сама смерть – самое непознанное и неизведанное явление.

У бытия нет знаний о небытии. Но в основе всего лежит страх перемен. Впрочем, этот страх может быть вполне обоснованным – некоторые перемены оказываются весьма нехорошими. А иные – нет. Как получится. Но мы боимся всех их. Поэтому мне видится важным понять, чего именно мы боимся, и найти для этого точное определение. Мы страшимся двух вещей – страдания и перемен. В первом случае страх имеет под собой почву, но во втором – совсем необязательно. В то же время второй случай более распространен. Мир полон людей, у которых дела в принципе обстоят хорошо, но они постоянно чего-то боятся, они исполнены страха. Они боятся потерять то, что имеют, а если им придется рискнуть чем-то для улучшения своего положения, то они будут страшиться, оправдается ли их риск и не окажутся ли они в еще худшем положении.

Страх перемен. Все это страх перемен. У него может быть несчетное число обличий, он может делиться на разновидности и всячески маскироваться, в том числе, и под веление здравого рассудка, но речь идет именно о нем и именно он становится первопричиной душевного дискомфорта, испытываемого человеком. Как это лечить? У меня нет ответа. Но только страх лежит в основе многих истинных несчастий человека, а в еще большей степени – мнимых.

Плохо, что все в природе находится в движении, а дух постоянно стремится к стабильности, к status quo, который и есть вечность. Это неразрешимое противоречие. Вечность – это нечто неподвижное, неизменное. В том суть самого понятия. И потому, может быть, дух чувствует себя заброшенным в природу, в то место, которое ему несвойственно, чуждо, и он в природе – как изгнанник. Кто-то бы сказал, наверное, что дух – это само небытие. Или, по крайней мере, его отблеск.

Перевела Ирина Мельникова.

http://bci-russia.ru/news/40419/?lang=RU