BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
юли 2020
П В С Ч П С Н
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Баронесса Юлия Вревская и писатель Иван Тургенев: история удивительных отношений

„Русская роза, погибшая на болгарской земле“, – так напишет о ней Виктор Гюго.

Какой она была…

В 17 она похоронит мужа в Грузии – он скончается на руках этого юного создания, от смертельной раны в бою за горный аул. И она, баронесса Вревская, посвятит свою жизнь спасению раненых солдат.

Но до этого семнадцатилетняя вдова откажется от имения и состояния мужа в пользу трех его незаконнорожденных детей от простой черкешенки. Баронесса Юлия Петровна Вревская станет одной из самых красивых и блистательных дам высшего света Петербурга, фрейлиной императрицы, и музой поэта Якова Полонского, художника Ивана Айвазовского, и французского писателя Виктора Гюго.

Из воспоминаний о ней достаточно привести одно, но какое!

«…Я во всю жизнь не встречал такой пленительной женщины, – . – Пленительной не только своей наружностью, но своей женственностью, грацией, бесконечной приветливостью и бесконечной добротой…»
Владимир Соллогуб
Так можно коротко сказать о женщине, которой сегодня, спустя почти полтора века, ставят памятники.

Но была история сокровенных отношений…

Это история ее самых нежных, самых сокровенных отношений с Иваном Сергеевичем Тургеневым, которая длилась до самой трагической смерти Юлии Вревской, и привела к тому, что в Завещании она просила сжечь все бумаги (в том числе письма из их переписки), что и было немедленно исполнено.

Они познакомились в 1873 году и с тех пор постоянно встречались. Тургеневу было тогда пятьдесят пять лет, Вревской – тридцать два. Летом 1874 года Юлия Петровна, вопреки всем нормам приличия, и нарываясь на пересуды, проведет пять дней в имении Тургенева в Спасском. Они будут одни и больше никого.

Побывав там, я подумал, почему так мало, всего 5 дней гостила у Тургенева Юлия Вревская. Ведь места благословенные…

Биографы гадают, был ли между ними роман?

«С тех пор, как я Вас встретил, я полюбил Вас дружески – и в то же время имел неотступное желание обладать Вами; оно было, однако, не настолько необузданно (да и уж не молод я) – чтобы просить Вашей руки – к тому же другие причины препятствовали; а с другой стороны, я знал очень хорошо, что Вы не согласитесь на то, что французы называют une passade…
Вы пишете, что Ваш женский век прошел; когда мой мужской пройдет – и ждать мне весьма недолго – тогда, я не сомневаюсь, мы будем большими друзьями – потому что ничего нас тревожить не будет. А теперь мне все еще пока становится тепло и несколько жутко при мысли: ну, что, если бы она меня прижала бы к своему сердцу не по-братски?».
Иван Тургенев – Юлии Вревской.
Ничего более откровенного в письмах Тургенева я не читал.

Если роман был – то это был прекрасный роман, которым Тургенев дорожил так, что впервые изменил своим принципам находить черты знакомых женщин в своих героинях – он не станет делать Юлию Петровну, своего близкого друга, каким-нибудь персонажем.

Он будет трогательно беречь ее имя и каждое ее слово, написанное ему в письмах (известно 48 писем). А она поведает этому милому ее сердцу человеку столько тайн! И с трогательной женской заботой выдаст столько советов!

В последний раз их увидят вместе на даче Якова Полонского в Павловске.

Писатель Константин Ободовский как-то вспомнит:

«Тургенев прибыл не один. С ним вместе приехала дама в костюме сестры милосердия. Необыкновенно симпатичные, чисто русского типа черты лица ее как-то гармонировали с ее костюмом».

На дворе, уже на исходе будет май 1877 года. Юлия Вревская к этому моменту пройдет курсы медсестер, продаст имение в Орловской губернии, и на свои средства снарядит женский санитарный отряд. Летом 1877 года придворная аристократка Юлия Вревская в рядах „сеструшек“ (как их называли солдаты), на Балканской войне. Под градом турецких пуль эта хрупкая женщина будет выносить с поля боя раненых русских солдат…

Когда мы прочтем литературный некролог Тургенева, вопросы об их романе отпадут сами собой. Передо нами редкий образец удивительных по своей красоте отношений между мужчиной и женщиной.

Самым ценным, что было сделано в ее память, окажется вот это стихотворение в прозе.

И.С. Тургенев „Памяти Ю. П. Вревской.“
„На грязи, на вонючей сырой соломе, под навесом ветхого сарая, на скорую руку превращенного в походный военный гошпиталь, в разоренной болгарской деревушке — с лишком две недели умирала она от тифа.
Она была в беспамятстве — и ни один врач даже не взглянул на нее; больные солдаты, за которыми она ухаживала, пока еще могла держаться на ногах, поочередно поднимались с своих зараженных логовищ, чтобы поднести к ее запекшимся губам несколько капель воды в черепке разбитого горшка.
Она была молода, красива; высший свет ее знал; об ней осведомлялись даже сановники. Дамы ей завидовали, мужчины за ней волочились… два-три человека тайно и глубоко любили ее. Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слез.
Нежное кроткое сердце… и такая сила, такая жажда жертвы! Помогать нуждающимся в помощи… она не ведала другого счастия… не ведала — и не изведала. Всякое другое счастье прошло мимо. Но она с этим давно помирилась — и вся, пылая огнем неугасимой веры, отдалась на служение ближним.
Какие заветные клады схоронила она там, в глубине души, в самом ее тайнике, никто не знал никогда — а теперь, конечно, не узнает.
Да и к чему? Жертва принесена… дело сделано.
Но горестно думать, что никто не сказал спасибо даже ее трупу — хоть она сама и стыдилась и чуждалась всякого спасибо.
Пусть же не оскорбится ее милая тень этим поздним цветком, который я осмеливаюсь возложить на ее могилу!“

Написано в сентябре 1878 года. Но уже в декабре того же года появится другое стихотворение „Когда меня не будет…“. Несмотря на то, что в тексте нет определенного онима, – адресованность послания Полине Виардо понятна. Меня же затрагивает другое. Психологическая травма смерти Юлии Вревской была настолько сильной и неизлечимой, что Тургенев впервые так глубоко говорит о собственной смерти.

Не исключено, что он помнил случай с Гоголем. Известно, что в случившейся кончине своей близкой подруги Хомяковой – Гоголь усмотрел гибельный знак для себя самого.

Когда меня не будет, когда все, что было мною, рассыплется прахом,- о ты, мой единственный друг, о ты, которую я любил так глубоко и так нежно, ты, которая наверно переживешь меня,- не ходи на мою могилу… Тебе там делать нечего…
…Прочти, закрой глаза и протяни мне руку… Отсутствующему другу протяни руку твою….
И.С.Тургенев „Когда меня не будет“ (два отрывка).

«А счастье было так возможно,

Так близко!.. Но судьба моя

Уж решена…“

https://zen.yandex.ru/media/napishi_shedevr/baronessa-iuliia-vrevskaia-i-pisatel-ivan-turgenev-istoriia-udivitelnyh-otnoshenii-5dff2feabc251400ad5e9ccb?fbclid=IwAR1nQ18qOVc_2sBCKZJY1f1c2_edbeZiO05pERJp8lmMtGDqkeAwZ69cMHI