Герои переломного времени

BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
юни 2021
П В С Ч П С Н
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930  

Герои переломного времени

Статья из газеты Наша Смоленка № 1 (97), 2020

В России в свою очередь знают и помнят болгарского героя той освободительной борьбы, революционера, поэта, журналиста и педагога Христо Ботева Петкова. В г. Саранске — побратиме болгарского Ботевграда — установлен ему памятник на Ботевградской улице прямо напротив центральной школы…

Они были сверстниками. Оба родились в 1848 году: один из них — болгарин Христо Ботев Петков — у подножья гордых Балканских гор, другой — отпрыск древнего грузинского рода и русских дворян из Тамбовской губернии князь Алексей Николаевич Церетелев — в необъятной России. Отец первого учился в Одессе и вернулся в свое порабощенное отечество, преисполненный патриотизма и обогащенный знаниями, неся с собой собственные переводы, изданные и переизданные — с греческого языка „Психология учебы детей“ и с русского языка „Кое-что для безграмотных людей“, а также „Историю Болгарии“ Юрия Венелина. Он посвятил себя учительству.
Отец другого был известен в свое время как русский просветитель, литератор, автор ряда книг, собиратель русского и украинского фольклора. Он был одним из первых, кто пробуждал интерес к народному творчеству.

Алексей получил начальное образование в Лозанне, окончил юридический факультет Университета в Москве. Он увлекся славянскими идеями и славянским делом, овладел языками нескольких славянских народов. В 1869 г. путешествовал по Сербии и Турции. После этого поступил на работу в Министерство иностранных дел. Вскоре начинающий дипломат с поэтической душой и талантом („необыкновенно одаренный молодой человек“ — так говорили о нем современники) назначается секретарем Генерального консульства России в Белграде. В 1873 году его переводят в Российское посольство в Константинополе в качестве второго секретаря. Послом был Н. П. Игнатьев, чуждый чиновничьего духа и окруживший себя молодыми и талантливыми дипломатами (Ботев называл этого русского посла „первым политиком и дипломатом на Востоке“), и Церетелев стал его „правой рукой“. Ему поручались самые ответственные задания, его направляли в самые горячие точки…

Так или иначе, оба сверстника служили одному делу — болгарскому. Каждый из них самоотверженно содействовал борьбе за освобождение порабощенных болгар. И оба сгорели в этой борьбе! Один, сраженный пулей в голову, когда ему было 28 лет! Другой — с „пулей в душе“ в 35 лет! Судьбе было угодно подарить сверстнику Ботева жизни на несколько лет больше.
Это были годы бурные, драматичные, страшные и великие… Когда в Болгарии вспыхнул бунт, гениальный болгарский поэт не ограничился только призывами. Он собирает соратников, чтобы помочь восставшим братьям. И когда старые воеводы Панайот Хитов и Филипп Тотю отказываются вести на бой четы (отряды), Ботев возглашает: „Я буду ваш воевода!“

Сам Церетелев же не прятался за стенами консульства, не стал безучастным регистратором событий. „У меня нет ни жены, ни детей, кто бы оплакивал меня“ — говорил он, и с риском для жизни, вопреки запретам турецких властей, сопровождал иностранных корреспондентов по местам, где еще дымились пожарища, собаки обгладывали тысячи трупов, а обезумевшие матери искали своих детей… Верный убеждению, что журналист должен своими глазами видеть то, о чем пишет, он сопровождал прибывшего первым корреспондента французской газеты „Фигаро“ Ивана де Вестина. А после него — Макгахана из английской газеты „Дейли ньюз“ и германского — доктора Шнейдера, чьи репортажи взорвали Европу. В дополнение Церетелев собирал помощь для пострадавших, щедро предоставляя им и свои собственные средства.

Военный корреспондент Макгахан еще в начале русско-турецкой освободительной войны с приятной неожиданностью для себя узнал в одном из солдат князя Церетелева. Утонченный дипломат, сопровождавший в недавнем прошлом графа Игнатьева в европейских столицах, был доволен тем, что добровольно избрал судьбу рядового солдата „без претензий на исключительное положение“. Именно поэтому участие его в самом начале военных действий имеет исключительно важное значение. Переодетый в обыкновенного болгарина и с помощью местного проводника он помог передовому отряду генерала Гурко преодолеть самый короткий, труднодоступный и неохраняемый Хаинбоазский проход. Церетелев закончил войну с четырьмя Георгиевскими крестами за храбрость и представлением в офицеры. После войны он вновь был зачислен на дипломатическую службу и активно участвовал в подготовке и подписании Сан-Стефанского мирного договора (заключен в пригороде Константинополя Сан-Стефано 19 февраля (3 марта) 1878 года между Российской и Османской империями и завершивший русско-турецкую войну — Ред.)

Князю Алексею Церетелеву пришлось столкнуться в освобожденной Болгарии с тем, чего он никак не ожидал: партизанщиной, предательством, борьбой за власть и деньги, русофобскими настроениями… Ему пришлось пережить и покушение на мать генерала Михаила Скобелева (кстати, некоторое время в армии он был его адъютантом). Прибывшая в Болгарию с большой суммой денег, чтобы создать приюты для беспризорных детей после войны, Ольга Скобелева была жестоко убита и ограблена вблизи Пловдива в 1880 году. Слава Богу, не болгарином оказался подлый убийца, обагривший ее кровью болгарскую землю. Как мог вынести все это человек с поэтичной душой, видевший и то, что осталось после зверской резни невинных болгар во время Апрельского восстания?!