BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
септември 2020
П В С Ч П С Н
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930  

Владимир – Красное Солнышко

ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ

Государство не может жить, не общаясь с соседями, ближними и дальними. Оно от них зависит. С врагами воюет, с друзьями дружит. И торгует. Торговля вообще очень помогает развитию любой страны. Купцы везут в другие страны то, чем богата своя страна. А оттуда привозят то, чего нет у себя. Это взаимовыгодно. И познавательно. Как бы мы узнали о вере и обычаях народов других стран, если б там не бывали?

Был знаменитый южный «шёлковый путь», проходивший из Китая через Индию, Пакистан, Ближний Восток, но был и северный, так называемый путь «из варяг в греки», от Скандинавии через Ладогу, Днепр, Чёрное море до Византии. Главный город на пути — Киев. В него стекались богатства Русской земли. Всем была обильна Русская земля: меха, пушнина — соболя, белки, бобры, лисицы, — мёд, воск, лён, конопля. Из льна выделывались прочнейшие, красивейшие ткани, а из конопли вились такие крепкие корабельные канаты, что порвать их не могла упряжка быков.

Однажды, ещё отроком, князь Владимир проделал «греческий» путь. Отец и сам себя не берёг, и сына закалял.

Весной в Киеве формировался караван судов. Главное судно древности — ладья. Она поднимала сорок-пятьдесят человек и несколько сотен пудов груза (пуд — это шестнадцать килограммов). Караван охранялся княжеской стражей, дружинниками. Как не охранять — приднепровские степи были полны «лихих» людей.

Флотилия собиралась ниже Киева, когда весенняя водополица, паводок, поднимала воду. Трогались в «греческий путь». А по пути очень тревожные места — днепровские пороги. Прибрежные скалы стискивают течение реки, оно становится стремительным, бурным, вода кипит, захлёстывает палубу, плыть опасно. Тем более с грузом. У тяжёлой ладьи большая осадка, может напороться дном, «брюхом» на камень и затонуть. Облегчали её, перетаскивая грузы на себе. Есть запись о том, что иногда пеший путь составлял шесть тысяч шагов. Нагляделся юный князь на этот изнурительный многодневный труд. Почти без сна, с напряжением всех сил. Но не унывали, шутили, подбадривали друг друга.

Пороги имели свои имена. Много погубил кораблей и товаров порог Неясытецкий, то есть ненасытный, далее опасный Вольный праг, а там Вильный и другие. Ещё и постоянные набеги разбойников — сыроядцев. Так называли печенегов потому, что они ели сырое лошадиное мясо и мясо диких животных. Отбивались от них только у острова Хортица, будущего центра Запорожского войска.

Но вот устье Днепра, море. Сейчас оно Чёрное, называлось раньше и Понтом Эвксинским, и Русским. В нём большие штормы, крутые волны. Шли вдоль берегов. Попробуем представить круглосуточное сидение гребцов на вёслах, когда не было попутного ветра для парусов или он вообще был встречным.

Приходили в Константинополь, столицу Византии, Царьград. Дивились храмом святой Софии. Именно в нём приняла Святое Крещение княгиня Ольга. Посещали, конечно, цареградские врата, на которые в знак победы Олег Киевский прибил свой щит. Помните у Пушкина в «Песни о вещем Олеге»? «Твой щит на вратах Цареграда».
Конечно, сердце молодого князя было полно гордости за предков. Не думал он тогда, что на двадцать шестом году своей жизни он и сам примет византийскую веру, и вся подвластная ему Русская земля.

ПЕРЕД РАССВЕТОМ

Больше, чем другие, воспеты в народном творчестве выдающиеся деятели России Александр Невский, Иван Калита, Димитрий Донской, Иван Третий, Иоанн Грозный, Пётр Великий, Александр Суворов. Но только одного из них, великого святого равноапостольного князя Киевского Владимира, народ назвал и продолжает называть КРАСНЫМ СОЛНЫШКОМ.

В чём объяснение того, что так назвали только Владимира? А в том, что он принёс в Россию веру православную. Именно она сплотила Русь и создала Россию, страну, в которой мы живём. И без этой веры не было бы ни России, ни нас с вами.

Десятый век. Молодая Русь. Могучие леса, полноводные чистые реки, просторные пашни и пажити. Пашни — это поля, на которых вырастают хлеба, рожь и пшеницы, овёс и ячмень, а пажити — это луга, на которых пасутся стада лошадей, коров и овец. Богатые ловли, то есть промыслы рыбы на реках и море. Большие семьи. Казалось бы, что не жить? Но постоянно идут ссоры, драки, даже войны. Почему? Все же русские, все говорят на одном языке. Но язык один, а вера разная. А без веры нет жизни, нет понимания её смысла. Кто верит в духов воды, в водяных, кто в русалок, кто в лесного лешего, кто ещё во что. Стояли по городам и селениям идолы: каменные, деревянные, медные, в Киеве даже серебряный идол Перун с золотыми усами. Идолам приносились жертвы. Жертвы кровавые. Резали животных, окропляли идолов кровью. Думали, что смрадный, чёрный дым от сожжения трупов приятен языческим божествам. Иногда жертвы им, страшно сказать, были человеческими.

Потихоньку, полегоньку, но неостановимо пробивалось понимание необходимости единобожия, ибо языческое многобожие не сплачивало людей. «Наш бог лучше вашего!» И к чему это приводило? Только к новым ссорам. Тем более в памяти людей жила княгиня Ольга, бабушка Владимира. Она очень надеялась, что сын её, князь Святослав, тоже станет православным. Но победитель язычников — хазар, печенегов, половцев, — сам он остался язычником, хотя веровать во Христа никому не запрещал.

Княгиня Ольга учила вере христианской внука Владимира. Он слушал бабушку, но авторитетом для него, конечно, прежде всего был отец. С ним он бывал и в походах, и на княжеских пирах. Закаляя тело, защищая Русь, Владимир мало заботился о своей душе. Понятие греха как будто не касалось его. И то сказать, был тогда обычай на Руси — рождался сын, отец клал у его колыбели меч и говорил: никакого наследства я тебе не оставлю, будет у тебя только то, что добудешь этим мечом. После смерти отца, борясь за престол, Владимир не остановился даже перед братоубийством. Коварно убил брата Святополка, взял в жёны жену его Рогнеду. Увы, таковы были нравы в дохристианской Руси.

Но, как сказано в Писании: не хочет Господь смерти грешника, но желает его спасения.

ВТОРОЙ ПАВЕЛ

Почему в своём «Слове о Законе и Благодати» киевский митрополит Иларион называет Владимира вторым Павлом? Павел — это апостол Иисуса Христа. Он был рьяным иудеем, врагом Христа. Когда иудеи побивали камнями диакона первомученика Стефана, Павел (его звали тогда ещё Савлом) стерёг одежды убийц. Потом он был послан в Дамаск, чтобы и там преследовать христиан. По дороге он ослеп и услышал голос Бога, обращённый именно к нему. Пал на колени и каялся. Его привели под руки в Дамаск. Там он окрестился с именем Павла и прозрел, как говорится в Деяниях святых апостолов, очами и телесными, и душевными. И вскоре во всей Палестине, во всём Средиземноморье узнали: ярый гонитель христиан стал пламенным борцом за веру христианскую.

Точно такой же путь проделал и великий князь Владимир. Гонитель христиан, язычник, многоженец, мститель, он превращается в воина Христова, в смиренного раба Божия.

Помогли в этом превращении и детские воспоминания о бабушке Ольге. А то, что посеяно в детстве, обязательно даст всходы. К тому же он был уже правителем огромной славянской страны, любил её, искал единую веру, которая бы объединила славянские племена, помогала им выстоять в этом враждебном мире. Он всегда помнил завещание бабушки сыну: изложенное позднее стихами поэта:

«Святослав, блюди Отчизну! Ухожу от бренной жизни.

В память матери-княгини не пируй на шумной
тризне;
Пусть мой дух не омрачает злой
языческий обряд.
Надо мною пусть
молитвы христианские творят…»

ПЕРВЫЕ ЖЕРТВЫ

Подарками, приносимыми языческим богам, были в основном животные — и дикие, и домашние. Никого не удивляли огромные костры, на которых сжигались трупы животных. Считали, что запах горящего мяса, дым и смрад угодны языческим богам, и за эти жертвы они пошлют на землю свои милости. Но были даже и человеческие жертвы. Кровью пропитался холм, на котором стоял идол, «бог» Перун с серебряной головой и золотыми усами.

Однажды киевляне вернулись из удачного похода и решили отблагодарить «богов». Жили в Киеве славяне, отец и сын, Иоанн и Феодор, они были христианами. Язычники Киева кинули жребий на того, кого надлежало принести в жертву Перуну. Выпало на сына Иоанна. Но на их пути встал Феодор: «Ваши боги — не боги, а идолы из дерева и камня. Они сделаны руками, что они могут? Ничего! Не отдам сына на безсмысленную гибель!» Толпа набросилась на христиан и их растерзала.

Известие об убийстве дошло до князя. Все в Киеве знали Иоанна и Феодора как людей добрых, приходящих всегда на помощь, помогавших нищим. И, может быть, впервые князь задумался, а нужна ли была такая жертва, кому она угодна? Богам? Но если боги поощряют убийство нужных Руси людей, хотят ли они добра Руси?

ВЫБОР ВЕРЫ

Князь любил выходить на берег Днепра, глядел в безпредельные дали, вспоминал, как бабушка рассказывала ему про апостола Андрея, как он именно здесь установил на днепровской круче Крест и предсказал, что тут будет великий город. Да, город есть. А где Крест?

Владимир повернулся к сопровождавшим его дружинникам, боярам, к дяде своему, верному Добрыне. С ним он уходил от вражды братьев в Новгород и Швецию, с ним и вернулся:

— Что, Добрыня, что, братия, получается? Льют русские русскую кровь, мира даже между собой не видно. Неужели и дальше жить по пословице: «Живём в лесу, молимся пню»? Надо нам приходить к единой вере. Иначе перессоримся. Надо?
— Надо! — одобрили князя его верные слуги. — Единая вера нужна, всех объединяющая.
— Но какую веру выбрать? И в Киеве, и по окраинам много разного: католики, мусульмане, иудеи. И все свою веру выше других ставят.
Долго совещались и решили, что веру надо выбирать не с чужих слов, а по своему рассмотрению и в тех странах, где эта вера является основной.

И были разосланы мудрые, «нарочитые», люди в разные стороны.

К русскому князю шли на поклон и католики, и магометане, и иудеи. Всем хотелось заслужить внимание могущественного русского князя. Всех он выслушал, никого не перебивал. Долее всех говорил с греческим философом. О приходе Иисуса Христа, Сына Божия, на землю, о Его крестной смерти, о Воскресении, о вечной жизни, которую надо заслужить в жизни земной. О том, что самая большая сила на земле — это не физическая сила и не сила оружия, а любовь. Да, любовь. К Богу, друг к другу. И даже к врагам.

— К врагам? — изумился князь.

— Да, ведь и они люди, и они созданы по образу и подобию Божию, и они могут спастись через покаяние, исповедь, причащение. И, главное, не надо копить себе богатств на земле, надо копить сокровища на небесах. Как? Добрыми делами, заботой о нищих, прощением обид…

Владимир Николаевич КРУПИН
http://www.russdom.ru/node/6931