BG diaspora.
Культурно-просветительская организация
болгар в Москве.

Девиз
Наша цель – поиск добрых сердец и терпеливых воль, которые рассеют навязанный нам извне туман недоверия и восстановят исконную теплую дружбу между нашими народами в ее подлинности и полноте.
юли 2019
П В С Ч П С Н
« юни    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Жар еще не остывших впечатлений эпохи

27 февраля (четверг), в 19.00 в салоне БКИ при поддержке Союза друзей Болгарии состоится презентация книги «Русско-турецкая война 1877-1878 гг.: Забытая и неизвестная» историка Н.Н. Воробьевой. Мероприятие приурочено к Национальному празднику Болгарии – 3 Марта.

Пополнился ряд изданий, посвященных судьбоносному в истории Болгарии событию. «Русско-турецкая война 1877-1878 гг.: Забытая и неизвестная» – такое название дала своей книге автор-составитель, кандидат исторических наук Надежда Воробьева. И это название будоражит неискушенного читателя.

Почему забытая? Про долгую череду русско-турецких войн все знают из школьной программы. Но кроме людей, специально изучавших болгарскую историю и культуру, сегодня немногим известно, что в результате последней русско-турецкой войны Болгария, находившаяся под пятисотлетним игом Османской империи, восстановила государственную независимость. Немногие знают сегодня и об участии в судьбе болгарского народа России, о тех жертвах, которые она понесла «за крест и свободу» братьев по вере. Да и сам материал, который Н.Воробьева скрупулезно собирала в архивах России и Украины, действительно можно назвать неизвестным.

Разумеется, российскими учеными готовились и выпускались книги, написанные на основе архивных материалов, публиковались и сами архивы. К 125-летию со Дня Освобождения Болгарии вышло несколько научных исследований, биографических описаний, походных дневников, сборников русской поэзии, прозы и публицистики, посвященных национально-освободительному движению в Болгарии и Освободительной русско-турецкой войне 1877-1878 гг. Только не было книги, в которой собраны вместе воспоминания непосредственных участников войны. В их рассказах, по словам Н.Воробьевой – «жар еще не остывших впечатлений эпохи», ожившие картины боев и образы боевых генералов, солдат, работников тыла и медицинской службы.

Теперь такая книга есть, и она – недостающая часть мозаики, изображающей путь борьбы и победы.

***

Надежда Николаевна Воробьева

Надежда Николаевна Воробьева ‒ российский историк, кандидат исторических наук. Исследовательские интересы: история русско-турецкой войны 1877‒1878 гг., история русско-болгарских политических, научных и культурных связей в XIX в., история государственного управления на национальных окраинах Российской империи в XIX в.

Окончила аспирантуру Института Славяноведения Российской академии наук (2010 г.). В 2005‒2011 гг. ‒ младший научный сотрудник Института Славяноведения РАН. В 2013 г. защитила кандидатскую диссертацию по теме «Осуществление правительственной политики Варшавским генерал-губернатором И.В. Гурко в Царстве Польском (1883‒1894 гг.)». Автор более 20 статей по вопросам военно-политической истории Российской империи в последней четверти XIX в., опубликованных на русском и болгарском языках.

Особое значение в научном творчестве Н. Воробьевой занимает подготовка публикаций архивных документов по истории русско-турецкой войны 1877‒1878 гг. Изданы воспоминания Е.В. Салиас де Турнемир о русско-турецкой войне 1877‒1878 гг. (2012 г.), сборник «Русско-турецкая война 1877‒1878 гг. Забытая и неизвестная», приуроченный к 135-летию победы и 400-летию Дома Романовых.

Член Президиума Общероссийской общественной организации Союз друзей Болгарии (с 1998 г.). За укрепление культурных связей между Россией и Болгарией, увековечивание памяти героев русско-турецкой войны 1877‒1878 гг. удостоена ряда общественных наград Союза друзей Болгарии (2003‒2013 гг.), Скобелевского комитета (2004 г.), Тверского благотворительного фонда генерал-фельдмаршала Иосифа Владимировича Гурко (2007 г.), Российского Императорского Дома (2007 г.), Национального комитета под патронатом Президента и верховного главнокомандующего вооруженными силами Республики Болгария (2010 г.).

http://www.bci-moscow.ru/ru/program/2014/02/27/920.html


Уважаемый читатель!

Книга, которую вы держите в руках, является итогом тесного сотрудничества российских и болгарских историков, инициированного и организованного Российским военно-историческим обществом.

Для нашей страны война с Турцией 1877–1878 гг. – одна из страниц героического прошлого, для Болгарии – неотделимая часть национального самосознания. Жестокое подавление болгарского восстания 1876 г. всколыхнуло общественность всей Европы, однако только русский солдат поднялся на защиту славянских братьев. Именно Россия помогла свершиться многовековым чаяниям болгар, получившим возможность обрести независимость. Страницы общей истории на протяжении вот уже 140 лет, невзирая на любые внешние обстоятельства, являются надежным залогом теплых и доверительных отношений между нашими народами.

Представленные в сборнике воспоминания (болгарские – впервые публикуются на русском языке) отражают «народный» взгляд на Освободительную войну. Перед нами живые, подчас откровенные свидетельства о той героической и славной эпохе. Собранные воедино, они служат не только сохранению памяти, но и укреплению отношений между русскими и болгарами.

Министр культуры Российской Федерации В. Р. Мединский

Уважаемый читатель!

В последние годы в средствах массовой информации и в политологических трудах отмечается широкое хождение понятия «послеправда» (Post-truth). «Послеправду» в 2016 году эксперты британского издательства «Oxford Dictionairies» даже признали особенно знаковым и наиболее отражающим дух прошедшего года. Печальная констатация! Данный термин отразил то, что современное общественное мнение уже не очень озабочено точностью фактов, в своих эмоциональных пристрастиях оно может опираться на фейки, разного рода информационные провокации. Вопрос о способности обычного человека противостоять манипулированию его сознанием в XXI веке – это вопрос о будущем демократии, о будущем пространства свободы в международных отношениях.

Взаимный интерес и дружеские чувства россиян и болгар основываются на эмоциональной памяти о совместной борьбе. И очень важно, чтобы эта память не подвергалась эрозии.

Сборник, который вы держите в руках, является результатом работы коллектива российских и болгарских историков, направленной на сохранение общей памяти о войне с Османской империей 1877–1878 гг. за освобождение болгарского народа. Впервые за 140 лет голоса как российских, так и болгарских участников собраны вместе, дабы свидетельствовать о тех героических событиях. Понять историческое событие – это не только научно изучить, но и посмотреть на него глазами участников с разных сторон. Несмотря на субъективность мемуаров как исторического источника, главное, что содержится в них, – это дух эпохи, надежды и чувства, которые владели людьми и благодаря которым вершится большая история.

Будем надеяться, что этот сборник станет заметным событием в интеллектуальной жизни России и Болгарии.

Доктор исторических наук, проректор МГИМО (у) МИД России Е. М. Кожокин

Время – друг «истории» и враг «памяти». Каждое поколение заново открывает для себя прошлое. Однако этот процесс не прямолинеен. Он зависит от общественной среды и политических условий, и зачастую их жертвой становится историческая память. Долг историка – найти подход к общественному сознанию и помогать прошлому, хоть и заново осмысленному, не превратиться в политическое оружие. Эти слова звучат с особенной силой, когда речь идет о событиях – вехах в развитии одной нации, одного народа. Таким событием является Освободительная русско-турецкая война. Именно значимость этой войны в исторической судьбе Балкан зачастую превращают не только в научную проблему, но и в сюжет для политических страстей. Этот сборник – плод сотрудничества между русскими и болгарскими историками. Он важен не только потому, что публикуется в канун высадки русских солдат в июне 1877 г. на болгарский берег Дуная, но еще и потому, что дает сегодняшнему поколению русских представление о том, какими людьми были болгары в XIX в. и какой была их вера в силу «Деда Ивана». Перед глазами русского и болгарского читателя пронесутся бурные месяцы весны, лета и зимы 1877–1878 гг., наполненные незначительными на первый взгляд человеческими историями, деталями жизни отдельного человека – болгарского крестьянина, торговца, церковного деятеля или русского полководца, казака или военного врача. Каждый найдет в этой книге ответ на вечный вопрос о смысле жизни, о силе духа и готовности жертвовать собой за справедливое и благородное дело во имя Свободы.

Академик, профессор Константин Косев, Институт исторических исследований Болгарской академии наук

Лет двадцать назад в Болгарии признаком современного мышления стало отрицание значения русско-турецкой войны 1877–1878 гг. По мнению одних, она была лишь проявлением агрессивной российской внешней политики. Другие снисходительно рассуждали, дескать, освобождение Болгарии произошло слишком рано, болгарам требовалось еще несколько десятилетий развития в рамках Османской империи, а после бы они встали из нее сразу же в полный рост подобно Афине, вышедшей из головы Зевса. Для третьих освобождение стало удобным пугалом, которым можно пользоваться в современных политических спорах. Так и пришли к такому парадоксу, что при праздновании освобождения Болгарии вклад русских воинов в нее не вспоминается.

Предлагаемый сборник, дело совместных усилий русских и болгарских специалистов, – лишь одно из многочисленных свидетельств того, как современники относились к войне и последовавшему освобождению Болгарии. Авторов воспоминаний трудно обвинить в излишней пристрастности, и потому благородная цель составителей заключалась в том, чтобы источники говорили сами за себя. Это издание – своевременное дополнение к мероприятиям, которыми болгарская и российская общественность будет отмечать 140-ю годовщину освобождения Болгарии. И в завершение лишь приведу следующее. В 1878 г. два торговца из района Казанлыка сделали почти идентичные записи в своих торговых книгах. Один занес в графу доходов: «В этот год я получил лишь освобождение от турецкой тирании». А другой: «Благодарю Бога, что мы освободились от турецкого ига».

Бедные заблуждающиеся современники!

Член-корреспондент БАН, профессор Иван Илчев, бывший ректор Софийского университета им. св. Климента Охридского, директор университетского комплекса по гуманитарным исследованиям «Альма-матер»

Предисловие

Идея данного сборника родилась в Российском военно-историческом обществе (РВИО), когда летом 2016 г. коллеги из Софийского университета им. Св. Климента Охридского выступили с инициативой организовать совместные мероприятия к 140-летию со дня начала Русской-турецкой войны 1877–1878 гг., которая в Болгарии носит название «Освободительной», а в дореволюционной России обычно обозначалась как война «за освобождение болгарского народа». Была организована российско-болгарская исследовательская группа, состоящая из представителей Софийского университета им. св. Климента Охридского, Института славяноведения РАН, Московского государственного института международных отношений (университета) МИД России, Национального движения «Болгарское наследие», а также ряда военных историков. Для болгарской стороны данный сборник стал одним из итогов проекта «Будущее для прошлого – инструменты мягкой силы: культурная и научная дипломатия», реализуемого Университетским комплексом гуманитаристики (УКГ) «Альма-матер» при Софийском университете (программа VI «Академические инновации»). Он объединяет историков, филологов, политологов, журналистов, юристов, социологов и архитекторов – представителей болгарских университетов и исследователей из институтов Болгарской академии наук. Участники проекта осознают силу истории и свою ответственность за сохранность исторической памяти о взаимоотношениях двух народов, которую политическая конъюнктура все чаще ставит под нажим.

Основная цель заключалась в том, чтобы представить голоса участников той войны, русских, и прежде всего болгар (ведь их воспоминания впервые публикуются на русском языке. Мы хотим представить взгляд на те события не столько из высоких штабов, сколько «снизу», донести ту «правду», которая позднее будет названа «окопной», показать, чем являлась та война для русских и болгарских участников и населения Болгарии. В определенной степени речь идет о взгляде по обе стороны «фронта», правда, не врагов, а тех, для кого противостояние османам стало общим делом. Впрочем, общность целей вовсе не определяет единство позиций: для России это была прежде всего очередная героическая война, для болгар – кульминационный момент национального Возрождения. Некоторые моменты в воспоминаниях могут показаться неожиданными. Болгары действительно ждали русских как освободителей от многовекового османского ига, однако процесс национального освобождения и формирования национальной элиты начался задолго до 1877 г., а потому русская армия пришла вовсе не на пустое место. Равным образом как отношение к ней находилось под влиянием опасений, что, как и в 1828–1829 гг., она опять уйдет, оставив болгарский народ «один на один» со своими угнетателями. Именно для прояснения исторического контекста событий, который слабо известен широкому читателю, была написана подробная вводная статья.

Воспоминания публикуются двумя блоками: болгарским и российским. Названия даны составителями. Каждая публикация предваряется краткой биографической справкой об авторе. Русские воспоминания приведены к правилам современной орфографии и пунктуации. Комментарии сквозные для всех публикуемых воспоминаний.

Составители сборника выражают признательность за помощь в его подготовке всем коллегам и друзьям из России и Болгарии. Отдельная благодарность за поддержку научному директору РВИО М. Ю. Мягкову, начальнику Научного отдела РВИО Ю. А. Никифорову, члену-корреспонденту БАН, профессору И. Илчеву (руководителю Университетского комплекса гуманитаристики «Альма-матер»), профессору К. Грозеву (директору по науке УКГ «Альма-матер»), профессору К. В. Никифорову (директору Института славяноведения РАН), профессору Е. С. Узеневой (заместителю директора Института славяноведения РАН), члену-корреспонденту, профессору Л. П. Репиной (Институт всеобщей истории РАН), профессору З. А. Чеканцевой (Институт всеобщей истории РАН), профессору С. И. Муртузалиеву (Институт всеобщей истории РАН), доценту О. В. Воробьевой (Институт всеобщей истории РАН), профессору И. К. Лапшиной (Владимирский государственный университет им. А. Г. и Н. Г. Столетовых), профессору А. Б. Юнусовой из Уфимского научного центра РАН, К. Б. Календаревой, О. Чикановой, а также коллегам из Москвы, Екатеринбурга, Йошкар-Олы, Нижнего Новгорода, Омска, Самары, Ставрополя и Челябинска, с которыми мы работаем вместе и будем и дальше искать общие дороги через Время.

Наши предки писали коротко: «Ибо не знают, не разумеют те, кто ходят во тьме»[1], а нужно «Сие да се знае»[2].

К. А. Пахалюк, Р. Михнева, Р. Г. Гагкуев

Москва – София, апрель 2017 г.

Болгарское возрождение, русско-турецкая война 1877–1878 гг. и освобождение болгарского народа

Год 1453-й, когда Константинополь пал перед войском османских турок, стал переломным для всего Балканского полуострова[3]. Болгары к этому времени пережили последний Крестовый поход (1443–1444) и испытывали уже тяготы османского ига[4]. До окончательной ликвидации остатков славянских государственных объединений в западной части полуострова и независимых владений в Пелопоннесе и Мореи оставались недолгие годы. К северу от Дуная[5] Трансильвания, Валахия и Молдова вступили на трудный путь вассалитета, охраняя своей покорностью северные границы Османской империи. К этому времени территориальное расширение османских турок как на суше, так и на море еще не закончилось. Предстояли новые османские походы и окончательное подчинение Крымского ханства; новые битвы с рыцарством Европы за остров Родос (1480, 1522), первая осада Вены (1529), битва у Лепанто (1571), длительная осада Кандии (ныне Ираклион) на острове Крит (1648–1669); соперничество с Дубровником[6] и Венецией за Адриатику. Взятие Царьграда на Босфоре, града императора Константина Великого, столицы Восточной Римской империи, однако, считается не случайно днем «Х». Этот день – начало новой эпохи в истории не только Балкан и Причерноморья, но всего Восточного Средиземноморья и Европы[7]. Султану Мехмеду II дали прозвище «Фатих» – Завоеватель. Крест над куполами символа православия кафедрального собора Св. Софии отступил перед полумесяцем.

Османское нашествие на Запад в сторону столицы австрийских Габсбургов – Вены и в Средиземное море, продолжавшееся до середины XVII в., совпало по времени с периодом государственного укрепления Московии, как называли возрождающуюся вокруг Москвы Русь в Европе. Весь XVII в. московиты и османы то конфликтовали на просторах «Дикого поля», то праведно сохраняли мир. В конце XVII в. создание Каменецкого эялета[8] стало последней, но безрезультатной попыткой Османской империи сохранить свои позиции в Причерноморье. Салют, данный под окнами султанского дворца на Босфоре с корабля «Крепость», привезшего для переговоров с Высокой Портой думного дьяка Емельяна Украинцева, ознаменовал новое соотношение сил на Черном море. С начала XVIII в. западные дипломаты в Константинополе были вынуждены делить интриги, информацию и влияние с русскими дипломатическими представителями – Алексеем Дашковым, Иваном Неплюевым, Алексеем Вешняковым, Адрианом Неплюевым[9].

Весь XVIII – первая половина XIX в. стали временем укрепления русского дипломатического присутствия в Константинополе, а также участившихся побед русских воинов над турками. Один за другим падали оплоты османского господства и влияния в регионе – от Каспия и Кавказа до Бахчисарая и дунайских османских крепостей. Эгейское и Мраморное моря перестали быть турецкими озерами. Чесменский бой летом 1770 г. изменил баланс сил в регионе. Открытие Босфора и Дарданелл для свободного мореплавания и обоснование права России на вмешательства в пользу местных православных оставались вопросом нескольких дипломатических документов, которые вскоре появились, – Кучюк-Кайнарджийский[10] и Ясский мирные договоры[11]. Началась история «Восточного вопроса», неотъемлемой частью которого был вопрос независимости балканских славян, включая болгарский народ[12].

Девятнадцатое столетие стало временем расцвета балканских национально-освободительных движений и активного русского присутствия в регионе. В 1804 г. вспыхнуло Первое сербское восстание, жестоко подавленное турками. На защиту родственного народа выступила Россия, в 1806 г. объявив войну Турции. Боевые действия шли ни шатко ни валко, пока командование Дунайской армии не было поручено М. И. Кутузову. Он разгромил турок и за месяц до вторжения Наполеона в Россию заключил мир, по которому Сербия делала первый шаг к независимости – получила внутреннее самоуправление. Через полтора десятилетия подняли восстание греки. «Филики Этерия» – организация-ядро освободительного движения греков была основана в Одессе в 1814 г. Их движение привлекло большое внимание – в рядах повстанцев сражались добровольцы со всей Европы, в том числе и знаменитый лорд Дж. Байрон, а одним из лидеров был русский генерал греческого происхождения А. Ипсиланти. На их стороне сражались и болгары, набиравшие опыт[13]. На этот раз за восставших вступилась, правда ограниченно, и Европа. Совместный русско-англо-французский флот разгромил турок в Наваринской бухте, затем началась очередная Русско-турецкая война 1828–1829 гг., окончившаяся Адрианопольским мирным договором, за которым последовал Лондонский протокол 1830 г., признавший независимость Королевства Греции.

Надо признать, что помимо благородного желания защиты угнетенных в регион Россию привлекала и необходимость решения проблемы проливов, блокирующих вход и выход из Черного моря и хозяйственное развитие юга империи. В 1833 г. Петербург достиг максимального успеха в вопросе режима Босфора и Дарданелл, откатившись назад в 1840 г. под давлением европейских держав. Османская империя трещала по швам, ее называли «больным человеком Европы», чем решил воспользоваться император Николай I, в 1853 г. развязав войну. Без нужной серьезной дипломатической подготовки война оказалась обреченной на неудачу. Император просчитался. За турок вступились Великобритания, Франция[14], Сардинское королевство. Из легкого раздела наследства «больного человека» Крымская война превратилась в катастрофу для России и сильно пошатнула ее будущее продвижение на Балканы и к проливам. По ее итогам Россия фактически ушла из Балканского региона[15]. Но если в военном плане Россия потеряла достигнутое влияние, то, наоборот, росла динамика развития взаимосвязей с местными православными и славянскими народами.

В XVIII в. в России имели довольно смутное представление о Балканах. Так, например, первое упоминание этнонима «болгары» в дипломатической переписке посольства в Стамбуле датируется 40-ми гг. XVIII в.[16]. Весь XIX в. русский человек познавал полуостров. Не только сапог солдата ступил на полуостров, сюда пришли и ученые. Они активно собирали рукописи, изучали быт и нравы народов. Так, Болгарию для русского общества фактически открыл Ю. И. Венелин[17]. Уже во второй половине XIX в. оно неплохо представляло южных славян, правда, весьма романтично. Активнее стала работать среди болгар и русская военная разведка[18].

В то же время в России получало образование множество славян, на юге России жили переселенцы из Болгарии. В общем, к концу столетия русские и болгары были знакомы. И даже появился первый литературный герой-болгарин – Инсаров. Центральный персонаж вышедшего в 1860 г. романа И. С. Тургенева «Накануне», героическая натура, лишенная эгоизма, он всю свою жизнь подчиняет благу своей родины, стремится к борьбе с турками. В этом образе отразился происходивший в это время в Болгарии процесс национального возрождения.
* * *

Понятием «Болгарское возрождение» в болгарской историографии называют последние два столетия пятивекового османского владычества в болгарских землях[19]. Именно тогда начались и стали набирать скорость перемены во всех областях хозяйственного, социального, культурного и политического развития подвластного Порте христианского населения болгарских земель[20]. Начало эпохи возрождения связано с влиянием как минимум трех групп факторов: общего состояния османского общества в конце XVII – начале XVIII в.[21], усиливающегося влияния больших европейских государств на Балканах, процессов внутреннего болгарского развития.

Продолжительный военно-политический и финансовый кризис, в который вошла Османская империя в XVIII в., привел к постепенному распаду аграрных отношений, господствовавших на болгарских землях, подчиненных Великой Порте: тимарская система владения землей за службу султану отмирала, расширялась практика откупов, увеличивалось количество частновладельческих хозяйств – чифтликов. Эти новые тенденции дали толчок к установлению рыночных отношений в болгарских землях. Развивалась торговля с Францией, Австрией, Россией, итальянскими городами, Голландией, Англией. В ремесленном производстве и предпринимательстве (особенно при выполнении значительных по объему государственных заказов на различные виды сельскохозяйственной продукции) отмечается видимое процветание. Усиленный же поиск сырья для текстильного производства создал предпосылки для развития мануфактурного, а в 30-е гг. XIX в. – и фабричного производства.

Во второй и третьей четвертях столетия, когда турецкое правительство предприняло последовательные реформаторские усилия (так называемые реформы Танзимата[22]), хозяйственный подъем стал еще более осязаем. Было положено начало банковскому делу и акционерным обществам, модернизировалась система дорог (первые железные дороги, современные шоссе, телеграфное сообщение, морское и речное судоходство), изменился социальный облик болгарского общества. Представители возрожденческой буржуазии на практике заняли ключевые позиции в имперской экономике не только в болгарских провинциях. Болгарские торговые конторы можно было встретить в больших городах и даже в арабских провинциях империи, например в Египте.

Усиленная хозяйственная активность и увеличившиеся материальные возможности подвластного христианского населения оказались важной предпосылкой духовного пробуждения болгар эпохи возрождения[23]. В условиях чужого ига и отсутствия любых институтов этноконфессионального представительства и государственности православие и Церковь играли ключевую роль в процессе становления болгарской нации. Первые проявления этого продолжительного процесса связаны с именами Паисия Хилендарского (1722–1773)[24] и Софрония Врачанского (1739–1813) – болгарских священнослужителей, осознававших пользу от знакомства с родной историей, сохранения и развития старых литературных традиций. Большая заслуга отца Паисия состоит в том, что спустя годы исследовательской работы он смог составить в 1762 г. одну небольшую книгу – «Историю славяно-болгарскую», чем положил начало болгарской национальной идеологии. Ее переписывали, распространяли и изучали. Это активизировало не только процесс осмысления роли «истории», но и стало серьезным вызовом, подтолкнув болгар активно развивать сеть школ[25].

Еще в XVIII – начале XIX в. среди болгар под влиянием идей европейского Просвещения и по примеру соседних балканских народов усилился интерес к светскому образованию. Желание получить более качественные знания привело к реформированию существующих школ при монастырях и к восприятию самых современных методик преподавания. В 30–40-е гг. XIX в. были созданы так называемые Белл-Ланкастерские школы взаимного обучения, а после них появились общие и женские школы. После Крымской войны возникли и первые гимназии, и специализированные школы. Движение за новоболгарское просвещение, бывшее делом самих болгарских общин, охватило все болгарские земли, включая и многочисленных болгар Валахии и Молдовы, Украины и юга России[26]. Через образование болгары хотели отстоять свою этническую идентичность, противопоставляя ее греческой пропаганде, особенно после создания Греческого государства.

Одно из самых массовых общеболгарских движений в эпоху национального возрождения было связано с так называемым болгаро-греческим церковным спором. В первые столетия османского владычества серьезного напряжения между болгарами и Вселенской патриархией в Константинополе не существовало. Как известно, независимая Болгарская патриархия была уничтожена после взятия Тырново[27] (1393 г.), и вопреки тому, что архиереями в болгарские земли назначались преимущественно греки, православная церковь играла важную роль в сохранении болгарского национального самосознания. В XVIII в., однако, представители так называемого фанариотского сословия[28] постепенно заняли ключевые позиции в Константинопольской патриархии. В своем желании добиться личного благополучия и усилить свое общественное влияние фанариоты создали порочную практику покупки церковных постов и званий. Увеличились церковные сборы и налоги. В 1766–1767 гг. были последовательно уничтожены независимая Сербская (Печская) патриархия и Охридская архиепископия. Греческий язык стал обязательным в церковной службе, а греческие просвещение и книжность расширили свое влияние на молодых и образованных болгар. В первые десятилетия XIX в. была выработана и пресловутая «Мегали идея» – греческая националистическая доктрина восстановления прежней Византийской империи за счет южных славян и негреческих православных общностей Балкан. Начиная с середины второй половины XVIII в. потенциальную угрозу консолидации греков и активизирующуюся эллинизацию болгар заметили Паисий Хилендарский[29] и Софроний Врачанский[30], призывавшие своих соплеменников приложить усилия к сохранению болгарского языка и литературы[31]. Первые открытые столкновения не заставили себя ждать. Они начались в 20-е и 30-е гг. XIX в., когда в отдельных регионах Османской империи, населенных преимущественно болгарами (Врачанском, Скопском, Самоковском, Новозагорском и др.), болгарское население поднялось против злоупотреблений греческих архиереев и стало настаивать на замене их болгарскими священнослужителями. Начало организованного церковного движения связано также с «Тырновскими событиями» 1838–1839 гг., во время которых Высокой Порте и Константинопольской патриархии были отправлены прошения о замене митрополита города Велико-Тырново греческого происхождения, Панарета, болгарином Неофитом Бозвели.

Болгаро-греческий церковный спор прошел через два основных этапа[32] и завершился 27 февраля 1870 г. с выходом султанского фермана (указа), разрешающего создание Болгарской экзархии[33]. В 1871 г. в Константинополе был созван церковно-народный собор, выработавший устав Экзархии. Достигнутая победа в церковном вопросе привела не только к признанию болгар отдельной этно-конфессиональной общностью в Османской империи, но и к определению исторически сложившихся этнических границ возрождающейся нации. Во второй половине XIX в. они включали Добруджу, Мизию, Фракию и Македонию. Эти территории от Дуная до Эгейского моря и от Черного моря до Охридского озера почти полностью вошли в текст договора, составленного графом Н. П. Игнатьевым[34] (так называемый Сан-Стефанский предварительный мирный договор от 3 марта (нового стиля) 1878 г.).

В XVII и начале XIX в. сопротивление болгар иноземному владычеству нашло выражение в разрастании гайдуцкого[35] движения и в участии добровольцев в русско-турецких и австро-турецких войнах. Болгары участвовали в восстаниях соседних балканских народов – сербов и греков[36]. Первые самостоятельные попытки восстановления независимого болгарского государства были предприняты в 30–40-е гг. XIX в.: Велчова завера 1833–1835 гг.[37] и так называемые Браильские бунты 1841–1843 гг.[38]. Массовые восстания были организованы и в северо-западных землях (вблизи Видина, Лома, Беркова, Пирота, Ниша). Также важную роль в популяризации болгарского политического вопроса сыграли Нишское (1841 г.) и Видинское (1850 г.) восстания, привлекшие внимание европейской дипломатии к судьбе зависимого болгарского населения.

Крымская война дала толчок к борьбе болгарского народа за освобождение[39]. В годы войны были созданы первые эмигрантские политические организации – Бухарестская эпитропия, переименованная в 1862 г. в Добродетельную дружину, и Одесское болгарское настоятельство, учрежденное 2 февраля 1854 г.[40]. Обе организации[41] поддержали создание добровольческих отрядов, а после поражения России сосредоточили свои усилия на благотворительной деятельности. Позднее, следуя за изменениями во внешней политике князя А. М. Горчакова[42], деятели Добродетельной дружины и Одесского настоятельства несколько раз предлагали различные проекты разрешения болгарского вопроса. В их числе высказанная весной 1867 г. идея о создании Югославянского царства, в котором болгары получили бы автономный статус; создание Второй болгарской легии[43] в Белграде осенью 1867 г.; проект дуалистической болгаро-турецкой монархии в январе 1869 г. и проч.

В 50–60-е гг. XIX в. все более важную роль в политической борьбе болгар стали играть революционные идеи. Первым идеологом и руководителем болгарского национального движения стал Георги Раковский[44], подготовивший три плана освобождения своей родины. Первоначально Раковский отстаивал идею всеобщего народного восстания, руководимого из единого центра, в координации с действиями некоторых Балканских стран и при поддержке России или Франции. Весной 1862 г. в Белграде он составил и Первую болгарскую легию[45], но постепенно переориентировался на самостоятельные действия и четническую тактику[46].

1. Цитата из «Повести временных лет».
2. Чтобы об этом знали (формула болг. приписки).
3. Runciman, St. The Fall of Constantinople: 1453. Cambridge, 1990.
4. Тырновское царство пало 17 июля 1393 г. Когда турки овладели столицей Велико-Тырново, последний болгарский царь Иван Шишман находился вне города и умер двумя годами позднее. Здесь и далее даты даются по новому стилю. При описании событий Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. даются оба стиля.
5. Дунай – одна из самых крупных европейских рек. Отделяла Румынию от турецких владений в Болгарии.
6. Дубровницкая республика (сербскохорв. – Dubrovnik; лат. Ragusa – Рагуза) – город-государство на побережье Адриатического моря; существовал с XIV в. до 1808 г.
7. См. подробнее: Матанов Хр., Михнева Р. От Галиполи до Лепанто. Балканите, Европа и османское нашествие (1354–1571). София, 1988.
8. Каменецкий (Подольский) эялет – османская провинция с 1672 по 1699 г., занимавшая территорию юго-запада Украины и северо-востока Молдавии.
9. Михнева Р. «Земята извън времето» (Русия и Османската империя – антропология на промяната. Кр. 16 – нач. на 18 век). Варна, 2003.
10. Полное собрание законов Российской империи. Собрание Первое. Т. XXI. 1781–1783.
11. Стоилова Т. Третият Рим. Мирните решения на руската имперска политика в Югоизточна Европа през XVIII век. С., 2003; Мейер М. С. Османская империя в XVIII веке. Черты структурного кризиса. М., 1991.
12. Дойнов Ст. Българите и руско-турските войни 1774–1856. С., 1987.
13. Тодоров Н. Фелики етерия и българите. С., 1965.
14. Подробнее о роли Франции в период после Крымской войны см.: Косев Д. Русия, Франция и българското освободително движение 1860–1869. С., 1978.
15. Reid J. J. Crisis of the Ottoman Empire: Prelude to Collapse, 1839–1878. Stuttgart, 2002.
16. Михнева Р. Българските преселници на служба в Русия през 30-те и 40-те години на XVIII век. // Векове. 1979. № 6. С. 74–75.
17. Ю. И. Венелин в Болгарском возрождении / Отв. ред. Г. К. Венедиктов. М., 1998.
18. Горанов П., Спасов Л. Участие болгарских патриотов в русской разведке в период освободительной войны // Незабываемый подвиг. Некоторые аспекты Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. и освобождения Болгарии от османского ига. Львов, 1980. С. 41–55; Коев Г. Руското военно разузнаване в Старозагорско // Освободительная война 1877–1878 гг. и роль болгарского ополчения. Самара, 1992. С. 29–32; Тодоров Г. Д. Ролята на българите в руското разузнаване през освободителната руско-турска война (1877–1878) // Известия на института за история БАН. 1960. Т. 9; Гоков О. А. Роль офицеров Генерального штаба в осуществлении внешней политики Российской империи на мусульманском Востоке во второй половине ХIХ в.: Дис. канд. ист. наук. Харьков, 2004. С. 45–79.
19. Краткая история Болгарии. С древнейших времен до наших дней. М., 1987; История на България. Т. 6 Българско възраждане 1856–1878 г. / Отг. ред. Кр. Шарова. С., 1988; История на българите. Т. II. Късно средновековие и Възраждане. С., 2003. История на България. Т. 5 Българско възраждане XVIII – средата на XIX в. Отг. ред. Н. Тодоров. С., 1985.
20. Понятие «болгарские земли» традиционно относится к считающимся заселенными болгарами территориям. Это современные Болгария, Республика Македония, районы Пирота и Ниша (Сербия), Эдирне (Турция), Эгейское побережье (Греция). Добруджа, чья северная часть ныне входит в состав Румынии, где болгары до 1940 г. и подписания между Румынией и Болгарией так называемого Крайовского соглашения об обмене населением, тоже доминировали: Тодорова М. Балканското семейство. Историческа демография на българското общество през османския период. С., 2002.
21. Първева Ст. Земята и хората през през XVII – първите десетилетия на XVIII век. Овладяване и организация на аграрното и социалното пространство в Централните и Южните Балкани под османска власт. С., 2011.
22. Танзимат (от тур. «реорганизация») – понятие, связанное с периодом реформ в Османской империи в XIX в. Предыстория процесса состоит в акциях султана Махмуда II и ликвидации янычарского корпуса. В 1839 г. группа реформаторов во главе с Мустафой Решид-пашой подготовила план, озвученный при вступлении на престол султана Абдул-Меджида (1839–1861) в так называемом Гюльханейском хатт-и-шерифе – первом законодательном акте танзиматских реформ. Процесс де-юре завершился в 1876 г. принятием османской конституции. Движение за реформы оставалось элитарным и в очень небольшой степени отражало интересы рядовых подданных султана, включая и болгар. См. подробнее: Димитров Стр. Султан Махмуд II и краят на еничарите. С., 2015 (II изд.); Тодорова М. Англия, Россия и танзимат (вторая четверть XIX века). М. 1983.
23. Гаврилова Р. Колелото на живота. Всекидневието на българския възрожденски град. С., 1999; Гандев Хр. Проблеми на българското Възраждане. С., 1976; Христов Хр. Аграрният въпрос в Българската национална революция. С., 1976; Он же. Българските общини през Възраждането. С., 1973.
24. Паисий Хилендарский (1722–1773) – автор «Истории славяно-болгарской, (1762), пользовался материалами афонских книгохранилищ (сочинения средневековых болгарских писателей, «Книга историография» Мавро Орбини и «Деяния церковные и гражданские» Цезаря Барония и др.). Воспринимая историю как нравоучительную дисциплину, предпослал своей книге вступление «О пользе истории». Текст носит ярко патриотическую окраску – в разделе «Собрание историческое о болгарском народе» рассматривался период с древнейших времен до утраты Болгарией независимости в конце XIV в. Автор включил сведения о нападениях славян на Балканский полуостров и о заселении ими византийских владений. В других частях работы Паисия есть сведения о Болгарии периода османского господства. Все сочинение Паисий подчинил цели показать величие болгарского народа в прошлом и пробудить национальную гордость. Он высоко оценил значение миссии Кирилла и Мефодия для развития средневековой болгарской культуры. В его работе содержатся сведения о других видных культурных деятелях средневековой Болгарии – Клименте Охридском, Евфимии Тырновском и др.
25. Димитров А. Училището, прогресът и националната революция. Българското училище през Възраждането. С., 1987.
26. Дойнов Ст. Българите в Украйна и Молдова през Възраждането (1751–1878). С., 2005.
27. Тырново – ныне город Велико-Тырново в Болгарии. Столица Второго Болгарского царства (XII–XIV вв.). В 1877 г. был занят русскими войсками и служил их главной базой и складом в Средней Болгарии.
28. Фанариоты (от района Константинополя «Фенер») – представители богатых и влиятельных греческих родов, претендовавших на статус наследников византийской аристократии.
29. Сб. Паисий Хилендарски и неговата епоха. 1762–1962: сборник от изследования по случай 200-годишната от история славянобългарска / Под редакцията на Д. Косев. С., 1962.
30. Сб. Софроний Врачански. Под редакцията на Д. Караджова, Ст. Таринска. С., 2004; Софроний Врачански книжовник и политик от новото време. Сб. изследвания от международна конференция / Състав. Пл. Митев, В. Рачева. С., 2013.
31. Подробнее см.: Генчев Н. Българо-руски културни общувания през Възраждането. С., 2002; Он же. Българска възрожденска интелигенция. С., 1991; Смоховска-Петрова В. Национално своеобразие на литературата на Българското възраждане. С., 2003.
32. Маркова З. Българското църковно-национално движение до Кримската война. Сер. Изследвания по българска история 1. С., 1976; Бонева В. Българското църковнонационално движение 1856–1870. (Б.м.), 2010.
33. Маркова З. Българската екзархия 1870–1879. С., 1989.
34. Игнатьев Николай Павлович (1832–1908) – дипломат, русский посол в Константинополе. Сторонник активной политики России на Балканах. В 1877 г. состоял в свите Александра II. Один из авторов Сан-Стефанского мирного договора. После войны министр внутренних дел (1881–1882). О нем см. подробнее: Хевролина В. М. Николай Павлович Игнатьев. Российский дипломат. М., 2009; Канева К. Рыцарь Балкан граф Н. П. Игнатьев. М., 2006.
35. Гайдуки – добровольцы, ведшие борьбу с османскими властями, устраивая диверсии, нападения на должностных лиц и проч.
36. Тодорова М. България, Балканите, светът: идеи, процеси, събития. Поред. Култури. С., 2010.
37. Велчова завера была задумана группой болгарских патриотов во главе с Велчо Атанасовым, Димитром Софиянлией, капитаном Георгием Мамарчевым, отцом Сергием. Подготовка к восстанию охватывала районы Тырново, Габрово, Елены. Предполагалось, что восстание будет объявлено в старопрестольном городе и оттуда распространится по всем болгарским землям. В случае неудачи надежды возлагались на вероятную русскую помощь. Более того, в Силистренской крепости содержался русский гарнизон. Предательство позволило властям арестовать и казнить лидеров заговора.
38. Во второй четверти XIX в. в Браиле существовала многочисленная болгарская община. Воспользовавшись очередным политическим кризисом Османской империи, болгарские эмигранты достигли соглашения о совместных действиях с сербами и греками и трижды (в 1841, 1842 и 1843 гг.) формировали отряды добровольцев, которые хотели перебросить в Добруджу, чтобы поднять там восстание. И все три попытки потерпели крах, поскольку власти Валахии сумели предотвратить попытки вооруженных групп перейти через Дунай.
39. Косик В. И. Балканы: «Порвалась цепь великая…» (середина XIX – начало XXI в.). М., 2014.
40. Жечев Н. Букурещ – културно средище на българите през Възраждането. С., 1991; «Млади» и «стари» в Българското възраждане. Научен форум «Пловдивски приноси – 2006». Годишник на Регионален исторически музей – Пловдив. Кн. IV. Пловдив, 2006.
41. Учредители и сочувствующие Добродетельной дружине и Одесскому настоятельству являлись состоятельными и влиятельными представителями болгарской крупной, русофильски настроенной буржуазии.
42. Виноградов В. Н. Балканская эпопея князя А. М. Горчакова. М., 2005.
43. Вторая болгарская легия была задумана как военная школа, в которой будет готовиться командный состав будущего болгарского восстания. Легия открылась осенью 1867 г. с согласия сербского правительства. Весной 1868 г., когда сербо-турецкие отношения нормализовались, легия была распущена.
44. Раковский Георгий (1821–1867) – идеолог и руководитель болгарского национально-освободительного движения, талантливый автор и журналист. Родился в Котеле, получил хорошее образование. Активно включился в борьбу за освобождение в 1841 г. Во время Крымской войны (1853–1856) эмигрировал и последовательно жил в Австрии, России, Сербии и Румынии. Автор трех планов освобождения Болгарии, в которых отстаивал идею всеобщего восстания, руководимого из единого центра. В первых двух своих планах (Одесском 1858 г. и Белградском 1861 г.) опирался на координацию с соседними балканскими народами и поддержку со стороны России или Франции. В третьем своем плане (от 1 января 1867 г.) принял четническую тактику и самостоятельные действия. Умер от туберкулеза в 1867 г.
45. Легия – (от лат. Legion) вооруженный отряд.
46. Четники – собирательное наименование членов военизированных отрядов (чет) на Балканах, в XV – нач. XX в. добровольцы-славяне, ведшие борьбу против турецких властей (они же – комиты, гайдуки); движение имело национально-освободительный окрас, пользовалось партизанскими методами борьбы.
47. Бухарест – столица Румынии с 1861 г.
48. Подробнее см.: Шарова Кр. Любен Каравелов и българското освободително движение. 1860–1867. С., 1970.
49. Генчев Н. Левски, революцията и бъдещия свят. С., 1983; Страшимиров Д. Васил Левски. Живот, дела, извори. С., 1929.
50. Митев Пл. Българският революционен комитет 1875. С., 1998.
51. Горчаков Александр Михайлович (1798–1883) – светлейший князь, государственный деятель, министр иностранных дел (1856–1882). Учился в Царскосельском лицее вместе с Пушкиным. Перед Русско-турецкой войной 1877–1878 гг. настаивал на воздержании от военных действий против Турции.

Хотите читать дальше?